№ 2, 2005

Война на Мировом океане

От редакции. 60-летие Победы советских людей в Великой Отечественной войне будет отмечено публикациями самых различных жанров журналистики, литературы, искусства. Мы имеем возможность предложить нашему читателю небольшие отрывки из объемного труда Бориса Заболотских о морских сражениях Второй мировой войны, что уже само по себе вызывает неподдельный интерес: морская тема войны в документалистике пока разработана слабо. Тем более в жанре исторического очерка. Так что «Хроника морских сражений» - очередное посмертное издание Бориса Заболотских - уверены, станет своего рода открытием для многих читателей нашего журнала.

31 июля 1940 года в Оберзальцберге - резиденции Гитлера - состоялось секретное совещание руководства вермахта. Фюрер выступил с планом военных действий:

- Последней надеждой Англии на спасение являются Россия и Америка. Если Россия отпадет, то отпадет и Америка, потому что уничтожение России вызовет громадное расширение Японии в Восточной Азии. Россия - восточноазиатская шпага Англии и Америки, направленная против Японии… Едва только Россия будет разбита, как Англия тут же лишится своей последней надежды. И вот тогда господином Европы и Балкан станет Германия. Решение одно: в ходе этой борьбы Россия должна быть повержена. Начало кампании - весна 1941 года.

И это говорилось о стране, с которой Германия совсем недавно подписала Договор о ненападении, а затем и другой, еще более доверительный - о дружбе и границе, имевший секретные статьи о разделе сфер влияния в Восточной Европе.

Но внешне Германия продолжала выказывать свое дружелюбие к СССР. Она допустила советских специалистов на военные заводы, полигоны, в секретные лаборатории. Более того, продала самое современное оружие, в том числе тяжелый крейсер «Лютцов» водоизмещением в 14 тысяч тонн, с восемью орудиями по 203 миллиметров в четырех башнях.

В Кронштадт крейсер пришел в мае 1940 года и был переименован в «Петропавловск». Достройку корабля, спущенного на воду в Бремене в июле 1939 года, вели германские рабочие. Они получили указание не очень спешить. Периодически срывались и сроки доставки различного оборудования, а зенитные орудия и вовсе не поступили.

Следуя примеру Германии, Италия также продала Советскому Союзу крупный военный корабль-лидер (миноносец большого водоизмещения), названный «Ташкент», с мощным вооружением - шесть 5-дюймовых орудий в трех башнях. Он обладал и завидной скоростью - 40,5 узла. Корабль настолько понравился, что в СССР заложили несколько подобных «Ташкенту» крупных эсминцев.

В октябре 1940 года советское правительство снова пересмотрело долгосрочную программу строительства боевых кораблей: линкоры и тяжелые крейсеры, остовы которых уже поднялись на стапелях, подлежали консервации. Все силы отечественной судостроительной промышленности были брошены на скорейшую достройку эсминцев и подводных лодок.

Но времени не хватило. 22 июня 1941 года грянула война. О страшном бедствии, внезапно обрушившемся на страну, объявил по радио заместитель председателя СНК СССР В.М.Молотов:

- Граждане и гражданки Советского Союза! Советское правительство и его глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление… сегодня в 4 часа утра без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города - Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек… Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне как народному комиссару иностранных дел заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточных германских границ…

Вечером того же дня глава британского правительства Уинстон Черчилль обратился по радио к стране и всему миру.

- Мы достигли сейчас, - заявил он, - одного из поворотных пунктов войны. Сегодня в 4 часа утра Гитлер вторгся в Россию. Германия не заявила ни одной жалобы по поводу того, что Договор о ненападении между Германией и СССР не выполняется. Прикрываясь Договором, Германия проводила концентрацию огромных армий на линии, простирающейся от Белого до Черного моря. Германские военно-воздушные силы и бронетанковые дивизии постепенно и методически занимали свои позиции. Внезапно, без объявления войны, даже без предъявления ультиматума, на русские города посыпались германские бомбы. Таким образом, было повторено в значительно больших размерах нарушение всякой формы подписанного договора международной доброй воли, свидетелями чего мы были в Норвегии, Дании, Голландии, Бельгии и который Гитлер при соучастии шакала Муссолини нарушил по отношению к Греции… Мы никогда не будем вести переговоры с Гитлером. Мы будем бить его на суше, на море, в воздухе. Мы окажем России и русскому народу любую помощь, какую только сможем…

К началу военных действий на морском театре Балтийский флот располагал довольно скромными возможностями. В его состав входили два устаревших линкора - «Марат» и «Октябрьская революция», тяжелый крейсер «Петропавловск» (он достраивался на плаву) и два легких - «Киров» и «Максим Горький», 15 эсминцев, в основном тоже устаревших типов, 42 подводные лодки. Большая часть кораблей базировалась в Кронштадте. Отряд легких сил находился в Таллине.

Уже в первый день войны флот понес ощутимые потери. На минах, поставленных противником еще в мирное время, подорвался и затонул эсминец «Гневный». Другой эсминец - «Ленин», - находившийся на ремонте в Либаве, при отступлении пришлось взорвать. Тяжелые повреждения при выходе в море на боевое задание получил новейший крейсер «Максим Горький». Взрывом вражеской мины у него была оторвана носовая часть. Но ближайшая переборка все же выдержала, и крейсер удалось довести до Кронштадта.

В августе 1941 года после ожесточенных боев, в которых принимали участие корабли Балтийского флота и морская пехота, пришлось оставить важную базу - Таллин. При переходе эскадры из Таллина в Кронштадт корабли подвергались двойной опасности: от мин, поставленных вражескими самолетами, и от пикирующих бомбардировщиков и торпедоносцев. На сравнительно небольшом отрезке пути от Таллина до Кронштадта погибло немало транспортов с эвакуируемыми войсками и мирными жителями, а также эсминцев, тральщиков, охранявших караваны.

Перебрасываемые из Таллина армейские части с нетерпением ожидали в Ленинграде, к которому приближались немецкие войска. 6 сентября 1941 года Гитлер издал директиву: «Во взаимодействии с финнами, используя минные заграждения и артиллерийский огонь, блокировать Кронштадт, чтобы воспрепятствовать выходу сил противника в Балтийское море».

Германское командование почему-то считало, что в случае падения Ленинграда Балтийский флот попытается прорваться в нейтральную Швецию, где будет интернирован. Наперехват в район Аландских островов была направлена сильная эскадра: линкор «Адмирал фон Тирпиц»; «карманный линкор» «Адмирал Шеер»; легкие крейсеры «Нюрнберг», «Кельн»; шесть эсминцев. В Либаве расположилась другая часть сил: легкие крейсеры «Эмден», «Лейпциг» и два эсминца.

Когда стало ясно, что Ленинград сходу взять не удастся, германское командование распорядилось уничтожить с воздуха самые ценные корабли Балтийского флота.

21-23 сентября 1941 года группы пикирующих бомбардировщиков совершили несколько налетов на Кронштадт - главную базу кораблей Балтийского флота. Сильнее всех пострадал линкор «Марат». От прямого попадания бомбы в погребе произошел настолько сильный взрыв, что мостик и все бронированные посты весом в несколько сот тонн были подняты в воздух и рухнули в воду. Носовая часть, первая башня и мостик оказались разрушенными. «Марат» сел на грунт - до конца войны.

В те же дни был серьезно поврежден линкор «Октябрьская революция», а крейсер «Петропавловск» после прямых попаданий нескольких авиабомб затонул. Балтфлоту был нанесен огромный урон.

И все же результаты этих налетов не удовлетворили военно-морское командование Германии. Адмирал Редер рассчитывал на скорое падение Ленинграда и планировал пополнить свой флот уцелевшими советскими кораблями. Но они в любом случае не достались бы немцам. В те дни, когда судьба Ленинграда висела буквально на волоске, Сталин отдал приказ - заминировать все суда и в случае неблагоприятного развития событий взорвать их.

Оборона Севастополя

В ночь с 21 на 22 июня 1941 года моряки-севастопольцы проснулись от сильной орудийной пальбы, пронзительных гудков судов на рейде и воя сирен. В Севастополе, главной базе Черноморского флота, неожиданно прозвучал сигнал большого сбора. Это было для всех вдвойне неожиданно, потому что боевые корабли только накануне вернулись с многодневных учений.

В начале четвертого утра лучи прожекторов севастопольской ПВО вонзились в небо. Они «поймали» самолеты неизвестного государства. Почти сразу ударили зенитные орудия, хотя решение открыть огонь было принять не так-то просто: действовал приказ Сталина не поддаваться на провокации.

Зенитная завеса оказалась неплотной. Поэтому отдельным вражеским самолетам удалось прорваться к городу. Несколько бомб упало на улицы, другие угодили в море. В темноте было видно, как в акватории бухты приводнились несколько десятков парашютистов. В действительности, как выяснилось позже, на парашютах опускались не люди, а магнитные мины. Но об этих минах тогда мало кто имел представление, поэтому все силы были брошены на поиск диверсантов, а мины между тем легли на дно бухты, поджидая свои жертвы.

В тот же день, буквально через несколько часов после воздушного нападения, крейсеры «Красный Кавказ» и «Червона Украина», как предусматривалось планом оборонительных мероприятий, отправились ставить минные заграждения вблизи Севастополя. По возвращении моряки, находившиеся на верхней палубе крейсеров, стали свидетелями гибели эсминца «Быстрый». Он только входил в бухту, как вдруг из-под днища вырвался огромный столб воды. От взрыва на эсминце воспламенился мазут в машинном отделении. Спасаясь, «Быстрый» выбросился на мель у Константиновского мыса и долго горел, испуская клубы черного дыма.

В ту пору единственным противником Черноморского флота на южном театре военных действий был весьма слабый флот Румынии, союзницы Германии. Против него могли быть выставлены линкор «Парижская коммуна» (бывший «Севастополь», переведенный в 1930-е годы с Балтики), два новых легких крейсера «Ворошилов» и «Молотов», три устаревших крейсера «Красный Крым», «Красный Кавказ», «Червона Украина», лидеры «Москва», «Харьков», «Ташкент». Имелись также миноносцы и подводные лодки.

25 июня 1941 года, то есть на третий день войны, из Севастополя под покровом темноты вышла эскадра в составе пяти кораблей: флагманский крейсер «Ворошилов», лидеры «Москва» и «Харьков», два эсминца. На рассвете корабли появились вблизи Констанцы, главного нефтедобывающего и нефтеперерабатывающего центра Румынии.

Обстрел нефтепромыслов вели только лидеры, обладающие высокой скоростью. Они выпустили несколько сот снарядов по берегу. Наблюдатели на кораблях зафиксировали пожары - то горели нефтебазы. Румыны открыли ответный огонь. При отходе корабли попали на минное поле. Уже первый взрыв расколол лидера «Москву» пополам - большая часть экипажа погибла. Остальные моряки попали в плен.

Между тем германские войска неумолимо надвигались на Крым. До начала войны Севастополь сухопутной обороны не имел. Она начала создаваться только в июле 1941 года. По мере приближения противника объем оборонительных работ вокруг Севастополя увеличивался. Были созданы два рубежа. В 10-12 километрах от базы создавался главный оборонительный рубеж, в 3-6 километрах - тыловой. А к ноябрю, благодаря самоотверженному труду жителей Крыма, в 15-17 километрах от главной базы было сооружено еще одно кольцо укреплений - передовой рубеж. О него-то и «споткнулись» семь немецких пехотных дивизий и румынский горный корпус.

12 сентября 1941 года завязались бои у Перекопского перешейка, связывающего Большую землю с Крымом. Но задержать здесь наступающие войска противника не удалось. Через полтора месяца враг подошел к стенам Севастополя. Основу обороны составляли одиннадцать стационарных батарей крупного калибра. Но они сторожили подступы с моря. 30 октября береговая батарея № 54 открыла огонь по приближавшейся немецкой танковой колонне. Неприятель понес серьезный урон и приостановил движение. В обороне Севастополя в дни первого вражеского штурма большую роль сыграли корабли с их мощной артиллерией: тяжелые снаряды поражали воинские колонны на расстоянии 20-30 километров от базы.

В отражении вражеских атак отличился крейсер «Червона Украина». Только за 11 ноября он выпустил более 700 снарядов главного калибра. Утром следующего дня крейсер, столь сильно досаждавший неприятелю, атаковали самолеты, шедшие с разных направлений. Несмотря на сильную противовоздушную оборону в корабль попали две бомбы: одна, в 250 килограммов, - в носовую часть, другая, в 100 килограммов, - в надстройки. Разрушения оказались значительными. Спасти крейсер не удалось. Он лег на дно бухты. Позднее водолазы сняли с него все орудия. Установленные на берегу, они активно участвовали в защите главной базы Черноморского флота.

17 декабря 1941 года начался второй штурм Севастополя. С каждым днем бои приобретали все более напряженный характер. Пик событий пришелся на конец года. На помощь защитникам крепости в бухту вошли крупные корабли, временно базировавшиеся в портах Кавказского побережья: линкор «Парижская коммуна», крейсер «Молотов», эсминцы «Безупречный», «Смышленый». После интенсивного обстрела позиций противника они приняли на борт раненых и ушли в Новороссийск.

Третий штурм Севастополя, в котором участвовали более 200 тысяч немецких солдат, пришелся на июнь 1942 года. Трудно было на суше, еще труднее - на море. Под ударами авиации гибли транспорты, подвозившие в осажденную крепость боеприпасы и пополнение. Вскоре транспортные перевозки пришлось возложить на боевые корабли. 10 июня затонул эсминец «Свободный». Последним прорвался в Севастополь лидер «Ташкент». На его борту было 1200 бойцов. Обратным рейсом лидер увозил свыше двух с половиной тысяч раненых, эвакуируемых жителей осажденного города и, кроме того, историческую ценность: живописную панораму «Оборона Севастополя» художника Ф.Рубо.

На рассвете следующего дня, когда корабль шел в Новороссийск, немцы направили вдогонку «Ташкенту» авиацию. Не менее трехсот бомб обрушилось на корабль. К счастью, ни одна из них не попала в цель. Лидер «Ташкент» обладал завидной скоростью, да и командир, капитан II ранга В.Н.Ерошенко, действовал на редкость умело. И тем не менее осколки бомб, разорвавшихся вблизи от борта, повредили обшивку. Корабль стал наполняться водой. Кто знает, как бы закончился рейс, если бы не мужество экипажа. В Новороссийский порт «Ташкент» вошел в полупогруженном состоянии.

В память о героической обороне города-героя линкору «Парижская коммуна», крупнейшему кораблю на Черном море, было возвращено былое название - «Севастополь».

Самая большая победа

Море штормило. Темно-зеленые, почти черные волны накатывались на палубу советской подводной лодки «С-13». Ледяные брызги долетали даже до верха рубки, где виднелась одинокая фигура. Александр Маринеско, командир подлодки, бороздившей воды зимней Балтики, неотрывно следил в бинокль за горизонтом, ожидая появления вражеских судов. Померанская группировка была отрезана от отступавших немецких войск. Открытым оставался лишь один путь - морской. Так что непременно здесь могли появиться конвои с эвакуируемыми воинскими подразделениями противника.

Расчет оказался точным. На горизонте возникли несколько судов, двигавшихся от Данцигской бухты на запад. Одно из них поражало своими размерами. Лодка «С-13» в надводном положении устремилась наперерез конвою. Сближение, однако, происходило не столь быстро, как того бы хотелось. Это означало, что транспорт, окруженный сторожевыми кораблями, движется с большой скоростью и, стало быть, новейшей постройки. Вскоре в бинокль удалось рассмотреть его более тщательно. Это был лайнер водоизмещением не менее 20 тысяч тонн. Определив скорость хода судна, а она составляла 15,5 узла, командир подлодки отдал приказ на погружение.

Как показал анализ последующих действий подводной лодки, все расчеты для атаки были абсолютно верны. Единственно, что не удалось определить командиру «С-13», так это название атакованного лайнера. А назывался он «Вильгельм Густлов». Вот что он из себя представлял.

В 1936 году Германия приступила к постройке серии туристических лайнеров. Первый заложили в августе, на гамбургской верфи «Блом и Фосс». Через десять месяцев лайнер водоизмещением почти 18 тысяч тонн спустили на воду, а еще через десять месяцев «Вильгельм Густлов» вошел в состав торгово-пассажирского флота Германии. В первый круиз на нем отправились 1465 пассажиров. Экипаж насчитывал 426 человек. Тогда лайнер посетил, в частности, Лондон.

Британские военно-морские специалисты внимательно изучили гигантский дизель-электроход и пришли к заключению: «Вильгельм Густлов» - потенциальный авианосец, и после незначительной переделки на нем можно соорудить палубу площадью 5000 квадратных метров для 35 самолетов.

Но «Вильгельм Густлов» так и не стал авианосцем. Во Вторую мировую войну Германия не имела авианосных судов. В декабре 1938 года был спущен на воду корпус авианосца «Граф Цеппелин» водоизмещением 19500 тонн. Но с началом военных действий на востоке его достройку свернули. Решение на первый взгляд казалось ошибочным. Но Германии подобный авианосец теперь не требовался. Роль авианосца, к тому же непотопляемого, стала играть Норвегия, оккупированная немцами летом 1940 года. Именно с ее территории германские самолеты эффективно действовали против британского флота. Что же касается «Вильгельма Густлова», то с началом Второй мировой войны лайнер превратили в плавучую базу подводников. В этом своем, ставшем последним, рейсе из окруженного Данцига (база подводных сил Германии) вывозились экипажи недостроенных и ремонтируемых подводных лодок, штабные работники, сотрудники научно-исследовательских центров. В общей сложности на борту находилось свыше четырех тысяч офицеров-подводников и различных специалистов германского флота.

Около полуночи 30 января 1945 года советская подводная лодка «С-13» атаковала германский конвой. Одна за другой торпеды понеслись к цели. Такой одновременный удар трех торпед страшен и для линкора, а тут был обычный, хотя и очень крупный, лайнер. Буквально в считанные минуты «Вильгельм Густлов» затонул. В общей сложности погибло свыше шести тысяч человек. Особо ощутимой была гибель моряков-подводников, подготовленных для службы на новых океанских подводных лодках. Разъяренный фюрер приказал расстрелять командира конвоя.

Между тем подводная лодка «С-13» продолжала курсировать вблизи Данцигской бухты. 9 февраля 1945 года ей удалось потопить еще одно крупное судно - транспорт «Генерал Штойбен», на борту которого было около четырех тысяч солдат.

Всего за одну декаду подлодка одержала две блистательные победы. В общей сложности командиру «С-13» Маринеско удалось уничтожить почти девять тысяч солдат противника. Успех поистине невиданный! По сути дела экипаж одной подводной лодки лишил Германию целой дивизии! А ведь при этом еще были потоплены сами транспорты, крупные и весьма ценные суда.