№ 2, 2003

Социально-экономический вектор бургасских нефтехимиков

Судьбы предприятий, приобретаемых нефтяной компанией "ЛУКОЙЛ" в процессе своей "созидательной экспансии" в новые регионы, в чем-то схожи, но и в чем-то различны. Обычным, в каком-то смысле общим, в таких случаях является состояние глубокого социально-экономического кризиса, в котором оказались коллективы. А вот характер применения различных рычагов экономического спасения, а также использования средств социальной защиты, как правило, отличается существенно. О том, как складывается этот процесс в коллективе болгарских нефтехимиков, - беседа главного редактора журнала "Социальное партнерство" Николая МЯКИННИКА с начальником главного управления по нефтепереработке и нефтехимии ОАО "ЛУКОЙЛ" Владимиром РАКИТСКИМ (до недавнего времени он был исполнительным директором комбината "ЛУКОЙЛ Нефтохим Бургас").

- Владимир Михайлович, как в целом обстоят сейчас дела на комбинате, который вам довелось возглавлять в течение ряда лет?

- Дела идут - хорошо. А если точнее - предприятие нормально функционирует, кроме того, последовательно ведется намеченная реконструкция отдельных производств.

- Что изменилось в производственно-техническом, экономическом плане за годы вашей работы на комбинате? Какова динамика развития?

- Прежде всего, следует сказать о том, что с приходом в 1999 году "ЛУКОЙЛа" Бургасский нефтехимический комбинат преодолел экономический кризис: из убыточного превратился в рентабельное. Конечно, "превращение" это было трудным и постепенным. Если коллеги помнят, то мы купили комбинат с большими долгами - суммарный долг перед бюджетом, поставщиками нефти и другими клиентами составлял около 400 миллионов долларов... За первый год нам удалось стабилизировать обстановку. Но не только…

Весьма существенно, например, что мы начали работать эффективно, с меньшими затратами. Все это позволило в течение трех лет комбинату становиться лучшим предприятием Болгарии по экономическим и социальным показателям. Мы наладили производство новых видов товаров, ориентированных на рынок и отвечающих высоким требованиям европейских стандартов, в том числе бензина и дизельного топлива с низким содержанием серы. Более того, выполняя "европейские директивы", подготовили производство для того, чтобы уже в нынешнем году выпускать эти массовые продукты по техническим параметрам 2005 года, то есть заблаговременно. Заметно выросли объемы производства нефтехимической, полимерной продукции.

На комбинате осуществляется масштабная реконструкция производственной базы. За три года на реконструкцию и развитие предприятия было направлено около 150 миллионов долларов. Многое уже сделано на нефтеперерабатывающем предприятии, начата значительная работа на нефтехимическом заводе. А в целом, как вы знаете, для нашей отрасли обновление производства и техническая реконструкция - процессы непрерывные. Это подтверждают и нынешние режим и ритм работы коллектива комбината.

- Связана ли реконструкция с острой необходимостью улучшения экологической обстановки в районе деятельности болгарских нефтепереработчиков и нефтехимиков?

- Безусловно, связана, причем очень тесно. Реконструкция позволяет развивать наше производство на современном высоком технологическом уровне, более безопасном в экологическом отношении, чем прежде. Нам удалось заметно улучшить экологическую ситуацию и на своей территории, и вокруг комбината. А сделать это было крайне необходимо. Ведь к моменту покупки комбинат был одним из основных загрязнителей природной среды в Болгарии. Мы практически вдвое сократили сброс жидких отходов, снизили объем очищенных сточных вод, сбрасываемых в озера и попадающих затем в Черное море. В два раза сократили выброс вредных веществ (диоксидов серы и азота, а также пыли) в атмосферу. Естественно, неумолимо снижаются экономические санкции за загрязнение окружающей среды. Например, в 2002 году по сравнению с предыдущим годом такое снижение составило 75 процентов. Это благоприятно сказалось на изменении психологического климата в обществе и отношении к комбинату населения Болгарии.

С точки зрения техники безопасности и охраны окружающей среды заметно снижение производственного травматизма, аварий, производственных неполадок и случаев возгорания. В последний год мы не допустили практически ни одного несчастного случая со смертельным исходом. И это тоже, в общем-то, весьма показательно по сравнению с тем, что было до момента приобретения комбината.

- Что значит в данном контексте слово "практически"? Тут ведь счет идет на единицы, и вернее звучали бы однозначные оценки: "есть" или "нет".

- Фактическая картина такая. Смертельные случаи в коллективе постепенно сошли на "нет". В последний год их не было вовсе, в прошлом и позапрошлом годах - по одному. А до того было по два-три случая со смертельным исходом в год. Если продолжать тему, стоит заметить, что за весь период своего присутствия на комбинате мы в два раза сократили случаи производственного травматизма. А вот динамика последних лет: 2000 год - 83 случая, 2001 год - 54, а 2002 год - 45 случаев. Естественно, заметно улучшились общие показатели, связанные с охраной труда - такие, например, как коэффициенты чистоты и тяжести. Это, в общем-то, говорит о том, что условия труда становятся вполне приемлемыми.

Понятно, что все это происходит не само собой. Администрация комбината совместно со всем трудовым коллективом, интересы которого, как вам хорошо известно, представляют сразу пять профсоюзов, осуществляет большую социально ориентированную программу. Она направлена, прежде всего, на то, чтобы довести уровень заработной платы работающих и условия их труда до европейских стандартов. Охрана труда при этом - на одном из первых мест. Важную роль сыграл переход на новую спецодежду. Сейчас новые виды и формы одежды, используемые по стандартам "ЛУКОЙЛа", позволяют не только безбоязненно работать, но и, в общем-то, соблюдать все санитарно-технические нормы.

С глаз долой, с баланса - вон!

- Какие преобразования претерпевает так называемая социальная инфраструктура комбината?

- Мы провели большую реконструктивную работу по всем объектам на комбинате питания. Привели их, если можно так сказать, в надлежащее состояние. Внедрили новую систему учета выдачи диетического питания на комбинате.

- Неужели все было так уж плохо?

- На территории завода порядка 20 столовых. Они к нашему приходу оказались в очень неприглядном и неприятном виде: помещения были плохие, оборудование и технологии приготовления пищи применялись устаревшие. Люди жаловались на низкое качество питания. Оно на самом деле не соответствовало стандартным требованиям по калорийности, наличию витаминов и т.д. В Болгарии есть закон, который обязывает работодателя организовывать питание в строгом соответствии со специальными диетами, а диеты утверждаются с учетом условий труда. Есть такой приказ Министерства труда № 8, где это все расписано. Нормы до нашего прихода не выполнялись, люди постоянно жаловались. Но к настоящему времени проблема решена.

Что еще хотелось бы сказать? В этом году делаются попытки вывести социальные объекты за рамки деятельности комбината: списать их с баланса, вынести с территории и т.д. В перечне объектов такого рода - профилактории, Дворец культуры, яхт-клуб... На комбинате издавна была, к примеру, своя поликлиника, теперь она преобразована в медицинский центр и вынесена за пределы производственной территории. Дворец культуры находится в центре города, профилакторий и яхт-клуб - за городом. Речь в данном случае идет о другом - эти социальные объекты в ближайшее время станут самостоятельными предприятиями, а комбинат будет заниматься только основным бизнесом - переработкой нефти.

Пока действуем не столько умением, сколько числом

- Наверное, самый болезненный вопрос - это сокращение кадров?

- Трудно и не стоит возражать против такого утверждения. Но, между тем, столкнувшись с проблемой "лишних людей" на производстве, причем по общепринятым нормам, мы начали ее решать и уже сократили персонал более чем на 1,5 тысячи человек (приблизительно с 9200 до 7800-7700 человек). Это делалось не спонтанно, не стихийно, не в пожарном порядке. Все происходило планово. Администрация практически не производила массовых увольнений. Люди в соответствии с действующим законодательством уходили на пенсию, мы же при этом "заморозили" внешний прием и воспользовались внутренним перераспределением работ и работников и таким образом пришли к той численности, которая есть сегодня.

Тем не менее, мы считаем, что численность работающих для данного типа предприятий у нас еще очень высока и к концу 2003 года планируем довести ее до 6000 человек. В этих целях осуществляем меры, связанные с выводом непрофильных объектов и структур с комбината. Это, прежде всего, сервисные службы, которые занимаются обеспечением различных нужд предприятия. Кроме того, производим большие работы по упорядочению как структур управления предприятием, так и самого производства, что дает положительный экономический эффект. Так, обновление структуры ремонтных служб позволило значительно сократить ремонтный персонал.

На комбинате, на мой взгляд, создан и сохраняется очень хороший психологический климат. И во многом потому, что администрации удается избегать явных упущений в работе. Всего один штрих к сказанному. У нас практически не было задержек заработной платы. Доходы персонала растут, а средняя зарплата на сегодняшний день составляет порядка 580 левов - где-то около 390 долларов. В масштабах Болгарии это практически один из самых высоких показателей.

Можно обойтись и без коллективного договора?

- Многих интересует состояние договорных отношений в коллективе комбината. Ведь существует проблема… В свое время этот вопрос поднимался на заседании Совета профобъединения ОАО "ЛУКОЙЛ" с участием ряда руководителей компании. Делегат из Болгарии представил картину так, что проект коллективного договора подготовлен профсоюзами комбината давно, но не признается и не подписывается работодателем... В чем здесь, на ваш взгляд, действительно проблема?

- Идет переговорный процесс… Напомню суть. Действие прежнего коллективного договора на комбинате завершилось 31 марта 2002 года, и тогда в соответствии с Трудовым кодексом Болгарии профсоюзы обратились к работодателю с призывом начать переговоры в целях заключения нового коллективного договора.

К сожалению, позиция профсоюзов до сих пор была направлена на то, чтобы утверждать и выдавать какие-то социальные льготы, блага, которые не соответствовали экономическому состоянию предприятия. Вот почему с момента приобретения комбината все социальные выплаты, которые были предусмотрены старым коллективным договором, мы сократили примерно в два раза: их общая сумма уменьшилась с 10 до 5 миллионов долларов. В настоящее время мы тоже считаем, что те выплаты, которые предлагаются в проекте коллективного договора, несколько завышены.

Словом, пока идет процедура переговоров. Позиция администрации такова: мы, работодатели, должны обеспечивать, прежде всего, хорошую, достойную заработную плату и надлежащие рабочие места. С остальными обязательствами мы должны быть чрезвычайно щепетильны (причем в лучшем смысле этого слова), ибо более широкие социальные возможности могут быть обеспечены лишь с ростом экономической эффективности производственно-коммерческой деятельности комбината. И наши профсоюзные коллеги должны бы уже не хуже представителей администрации сознавать, что нет и не может быть иных источников материальных благ, кроме самого производства.

- Когда был заключен старый коллективный договор?

- Он был подготовлен и подписан еще до момента покупки комбината, весной 1999 года, а осенью того же года мы приобрели комбинат.

- И значит, сейчас проект договора, подготовленный профсоюзами, не устраивает администрацию? Да?

- Да, это так. И бюджет, и проект договора не устраивают - идут переговоры.

- Каковы, все-таки, перспективы столь затянувшейся процедуры? И существуют ли предельные сроки ее завершения?

- Таких сроков не существует. По закону переговоры могут продолжаться до бесконечности, если не будет достигнуто согласия сторон.

- А есть ли определенное движение, понимание с обеих сторон необходимости выхода из тупика?

- Есть, конечно. Администрация это сознает, есть понимание и со стороны профсоюзов. И профсоюзы все глубже, на мой взгляд, начинают представлять неоднозначность, сложность возникшей ситуации. Я думаю, что мы решим эту проблему.

Хотя ради объективности следует упомянуть, что существует и позиция, выражающаяся в том, что коллективный договор якобы можно и не заключать. Это тоже позволено законом. Трудовые отношения в таком случае строятся на основе индивидуальных договоров с работниками. Стало быть, возможны варианты. Законом Болгарии это предусматривается.

- Не проявляется ли во всей этой истории пресловутая разобщенность профсоюзов Бургасского химкомбината? Ведь их, как вы сами напоминали, целых пять…

- Нет, на сей раз разобщенность ни при чем, поскольку эти профсоюзы все-таки научились складывать свои силы, создав Совет синдикальных организаций. Теперь они отстаивают свои интересы и позицию сообща. Я считаю, что абсолютно правильно поступил Совет профобъединения компании, когда в свое время ознакомил своих болгарских коллег, лидеров всех независимых (друг от друга) профсоюзов бургасских нефтехимиков с социальными завоеваниями "ЛУКОЙЛа", с действующим в компании Соглашением о социальном партнерстве. МОПО было тем цементирующим "реагентом", вокруг которого профсоюзы комбината и объединились. Значит, идея коллективных действий как раз плодотворна… Иное дело, что свои цели и запросы наши профсоюзы пока не соизмерили должным образом с реальностью. Будем надеяться, что, в конце концов, это им удастся сделать.

- Скажите откровенно, отсутствие договора с коллективом руководимого вами в недавнем прошлом предприятия не мешает работать?

- Мне как работодателю без коллективного договора тоже нормально работалось. И это, смею вас уверить, не опрометчивое заявление. Дело в том, в частности, что у нас на предприятии нет на сегодняшний день моментов, которые вынуждали бы работников обращаться с жалобами в профсоюз.

- Не исключено, однако, что столь благостная картина объясняется прекрасной порой, которую переживает коллектив комбината, ведь уже три года его социально-экономической защитой фактически занимаются и профсоюзы, и администрация (особенно добрый в силу сложности переходного периода работодатель). Фактически до сих пор с ее стороны не было ни обычного для предпринимателя организационного нажима, ни естественного экономического давления, связанного со стремлением к снижению производственных издержек. Но ведь это все до поры? Разве не так? Чего стоит, например, задача дальнейшего сокращения персонала? Не обострится ли в связи с этим потребность в полноценном коллективном договоре?

- Для определенной части работников и для представляющих их интересы и права профсоюзов, безусловно, да! Некоторые сложности могут возникнуть. Однако в любом случае обстановка на комбинате в целом будет оставаться в социальном и морально-психологическом плане стабильной, ведь социальная ориентация выгодна и самому бизнесу (работодателю, администрации). Это убедительно подтверждается практикой работы предприятий "ЛУКОЙЛа", в том числе и Бургасского химкомбината.