№ 2, 2008

Помогут ли стране мигранты?

Руководители нашего государства провозгласили амбициозную задачу: к 2020 году страна должна войти в пятёрку ведущих экономических держав мира, при этом ВВП должен вырасти в 2,5 раза и составить 30 тысяч долларов в год в расчёте на душу населения. Некоторое повышение уровня жизни, реанимация старых и развитие новых производств вселяют надежду, что радужные планы сбудутся. Однако на пути выполнения этой задачи имеется много препятствий, и одна из них - демографическая.

До недавнего времени при сокращении населения страны в целом число людей в трудоспособном возрасте росло за счёт высокой рождаемости в начале 80-х годов прошлого века. Но теперь этот благоприятный период закончился: по последним прогнозам Росстата, численность населения сократится к 2020 году на 4 миллиона человек (до 138,3 миллиона), а численность населения в трудоспособном возрасте - почти на 13 миллионов человек, с нынешних 90 до 77 миллионов. Самый простой расчёт показывает, что каждый россиянин должен будет производить своим трудом примерно втрое больше продукции, чем сейчас, то есть производительность труда должна расти стремительными (если не сказать - невиданными) темпами.

Нынешние 100 россиян трудоспособного возраста «содержат» 56 человек нетрудоспособного возраста. К 2020 году, в условиях ожидаемого роста рождаемости и продолжающегося старения населения на них придётся уже 79 нетрудоспособных. Причём чем успешнее будет проводиться политика увеличения рождаемости и снижения смертности, тем быстрее будет расти нагрузка на трудоспособных.

Рост рождаемости поставит большое число женщин перед выбором между домом и работой, и этот выбор будет непростым. С одной стороны, повышение благосостояния семей, расширение государственной поддержки позволят части из них совсем уйти с рынка труда, занимаясь воспитанием детей, либо сократить время, проводимое за работой (выбирать неполный, сокращённый рабочий день). С другой стороны, растущие спрос на труд и цена труда сделают уход женщины с рынка труда весьма ощутимым для семейного бюджета. Если женщина продолжает активно трудиться, возникает необходимость расширения сервиса для семей с детьми - от привычных детских садов до нянь и гувернанток. Причём чем выше благосостояние общества, тем строже будут требования к качеству «детских» услуг.

Увеличение числа пожилых людей усилит нагрузку на пенсионные системы, и это проблема всех развитых стран. Следовательно, и у нас прямые или косвенные налоги на работающих увеличатся. Кроме того, во многих развитых странах действует целая система служб по уходу за пожилыми, что также требует рабочих рук, и мы должны учитывать это.

На этом наши трудоресурсной части населения проблемы не заканчиваются. В самой трудоспособной части населения существенно уменьшится доля молодых - 15-29 лет. С одной стороны, этот возраст - ещё не пик трудовой активности, многие в это время продолжают образование и не так активны на рынке труда. С другой стороны, именно в этом возрасте работники наиболее способны к внедрению инноваций, наиболее мобильны как пространственно, так и социально.

За молодёжь уже в следующем десятилетии развернётся ожесточённая конкуренция между системой образования, работодателями (отечественными и зарубежными), государством (в лице таких институтов, как армия, правоохранительные органы). Смягчить положение поможет лишь то, что самое многочисленное поколение россиян будет в возрасте наивысшей трудовой активности - 30-39 лет.

В условиях стремительного роста дефицита российская рабочая сила в 2020 году будет чрезвычайно дорогой, что сделает неконкурентоспособным размещение в стране трудоёмких производств. Это поставит крест на проводимой в стране политике по привлечению зарубежных инвестиций в трудоёмкие отрасли, такие, как автомобилестроение (Санкт-Петербург, Калуга), в развитие строительства, туризма. С жёстким дефицитом кадров столкнётся (и уже сталкивается) возрождающееся отечественное авиа- и судостроение. В последнее время нередки случаи, когда под полученный крупный заказ попросту нельзя найти специалистов для выполнения работы на необходимом уровне.

Более того, существующие производства будут закрываться или выводиться в другие страны. Это уже происходит, например, с лёгкой промышленностью. Растущая цена на рабочую силу уже сейчас сильно подрывает инвестиционную привлекательность России.

В какой-то мере смягчить ситуацию позволит привлечение в страну трудовых мигрантов, главным образом, временных. Конечно, в долгосрочной перспективе было бы лучше привлекать иммигрантов на постоянной основе, путем тщательного отбора, как это делают такие страны, как Канада, Австралия, по отдельным программам - Германия, США. Но Россия пока не может составить им реальной конкуренции в силу низкой привлекательности условий труда. Стабильный источник трудовых ресурсов последних лет - постсоветское пространство - постепенно иссякает. Молодёжь стран СНГ и Балтии, даже русскоговорящая, выбирает Россию не в первую очередь: те, кто имеет возможность (то есть необходимые навыки, квалификацию, средства), выезжают в страны Европы, США.

При этом надо чётко понимать, что не только отдельные ниши на рынке труда, как это происходит в России сейчас, но и целые отрасли экономики будут зависеть от труда мигрантов. Значит, нужна будет реальная политика адаптации и интеграции мигрантов - общество и общество и власть должны быть готовы к этому. Причём сложность этой проблемы будет только нарастать. Ведь социокультурная составляющая входящего миграционного потока будет меняться: в 1990-е годы в Россию ехали именно те, кого сейчас принято называть «соотечественники», и даже они сталкивались с массой проблем при обустройстве и вхождении в принимающий социум. Такой миграции больше не будет: ресурс иссяк, да и страны всё дальше отдаляются друг от друга, и никакая госпрограмма по содействию переселению соотечественников ситуации не изменит.

Ещё одна важная проблема: российское социальное и экономическое пространство крайне неоднородно. Москва, города-миллионники и их агломерации движутся по пути постиндустриального развития, поднимаются региональные столицы, некоторые города (крупные транспортно-логистические узлы, курортные центры, «нефтяные», «газовые» столицы, центры металлургии, нефтехимии) демонстрируют впечатляющие успехи в плане роста уровня жизни. А российская глубинка по-прежнему плохо сводит концы с концами. Формально уровень жизни и реальные доходы населения растут и в столицах, и в провинции, но если в столице ежегодно прирост заработных плат составляет несколько сотен долларов, то в небольшом городке или посёлке - несколько сотен рублей. В то время как квартира в Москве стоит 200, 300, 400 тысяч долларов, в Воркуте её цена исчисляется теми же цифрами, но в рублях.

Крупные города как магниты влекут к себе людей, особенно молодых, из сёл и бывших монопрофильных индустриальных центров. По данным опроса учащихся одиннадцатых (выпускных) классов школ малых городов, твёрдо намерены покинуть свои пенаты 70 процентов девушек и 54 процента юношей. Эти планы не всегда сбываются, но даже анализ данных переписи населения 2002 года показывает, что во многих регионах молодёжь активно стягивается в региональные центры. Например, в Иркутской области к возрасту 20-25 лет города и районы области, не входящие в Иркутскую агломерацию, теряют 25-30 процентов молодёжи. И это только те, кто уехал навсегда или на длительный срок, многие выезжают на время, работая в крупных городах «вахтовым» методом.

В условиях сокращения рождаемости этот процесс ведёт к быстрому старению населения глубинки, её деградации, а впоследствии - к переформатированию всего социально-экономического ландшафта страны. Что же делать - пытаться остановить, повернуть вспять этот процесс? Но, увы, даже при большом желании сделать это вряд ли удастся. Работоспособных людей в стране не хватает, поэтому все депрессивные районы и производства «вытащить» не получится. В сложившихся условиях людям необходимо предоставить возможность в максимальной степени реализовать свой человеческий и экономический потенциал, в том числе, способствуя их переезду в другие места, снимая барьеры на пути внутренней миграции.

Сейчас самый серьёзный барьер - недоступность жилья в крупных городах. Причём жилья самого разного качества - от коек в общежитиях до аренды и покупки нормальных квартир. Несмотря на то, что экономисты по отдельным показателям фиксируют повышение доступности жилья в России, заработная плата, которую получает работник массовой профессии средней квалификации (бетонщик, арматурщик, водитель и т.п.), не позволяет ему арендовать или приобрести жильё в крупном городе. Как показали интервью с мигрантами и работодателями, проведённые осенью 2006 года в Москве, Екатеринбурге и Ставрополе, проблема жилья является на сегодняшний день наиболее сложной для внутрироссийских трудовых мигрантов.

Активизация внутренней миграции позволит более рационально использовать уже имеющийся человеческий ресурс. Крупнейшие города, десятилетиями обеспечивающие свои потребности в рабочих руках за счёт миграции, без этой подпитки столкнутся с очень сложными проблемами.

Национальные проекты, реализуемые в последние годы в России, уже получившие название «демографического мегапроекта», - дело, несомненно, нужное, так как позволяют вкладывать дополнительные деньги в российское здравоохранение и расширяют меры социальной поддержки для семей с детьми. Но к заметной смене тенденций динамики численности населения они, к сожалению, не приведут. Рост рождаемости, наблюдаемый в настоящее время, может позитивно сказаться на трудоресурсном потенциале страны всё равно не раньше, чем к концу 2020-х годов. Так что входить в число ведущих экономических держав мира мы вынуждены будем, опираясь на уже рождённых россиян или… на помощь мигрантов. Как бы мы ни относились к последним.