№ 3, 2006

Катастрофа для самоуправления - размежевание финансов и ответственности

Минувшей весной в Госдуме прошел «круглый стол» по проблемам правового обеспечения решения вопросов местного значения. Организовал его Комитет по вопросам местного самоуправления, а участие в дискуссии приняли депутаты различных фракций и комитетов Госдумы, представители Совета Федерации, ряда министерств и ведомств, руководители муниципальных образований, ученые, журналисты. Все собравшиеся были «оснащены» соответствующими документами и другими материалами, в том числе законопроектами, которые и прошли через обсуждение в свободном режиме необходимую на данном этапе экспертизу.

Встреча за «круглым столом» - это своего рода консилиум по вопросам реализации Закона «О местном самоуправлении». Об отношении населения к этим преобразованиям можно судить и по тому, что в большинстве регионов, как отметил депутат Госдумы, кандидат экономических наук Александр Сарычев, выборы в органы местного самоуправления состоялись при достаточно высокой активности избирателей. Об этом же свидетельствует и тот факт, что в ряде регионов, например, в Республике Коми и Ярославской области, граждане добивались через обращение в суд устранения допущенных на их территории нарушений законодательства.

С начала этого года обсуждаемый закон заработал во всех регионах. При этом субъекты Российской Федерации получили право определить порядок решения вопросов местного значения поселений с учетом социально-экономического развития своих территорий, провести необходимые подготовительные мероприятия и организовать поэтапную реализацию положений закона до 1 января 2009 года. Заботясь о деле, целесообразно отслеживать возникающие при этом проблемы. Вопросы местного значения занимают в данном случае приоритетное место.

Реформа местного самоуправления - это еще и разграничение полномочий между органами государственной власти и органами местного самоуправления. Этот процесс связан с положениями Конституции Российской Федерации, регулирующими федеративное устройство нашей страны и местное самоуправление. Вместе с тем разграничение полномочий было недостаточно подкреплено правовой теорией, анализом практики и финансовых потребностей органов местного самоуправления для их реализации. По этой причине был принят ряд ошибочных решений, некоторые из них уже исправлены.

Например, расширены полномочия органов местного самоуправления муниципальных районов в обеспечении условий для развития физической культуры и массового спорта, для организации досуга и культурного отдыха населения, а также для поддержания народных традиций и развития художественного творчества.

В перечень вопросов местного значения были включены новые задачи. Среди них: участие в сохранении, возрождении и развитии народных художественных промыслов; организация мероприятий по гражданской обороне, защите населения при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера; осуществление мероприятий по обеспечению безопасности людей на водных объектах, охране их жизни и здоровья; содействие в развитии сельскохозяйственного производства; создание условий для развития малого предпринимательства; осуществление мероприятий по работе с детьми и молодежью. Характерно, что органам местного самоуправления дано право на создание муниципальных музеев.

Однако, как известно, полномочия - это еще не возможности. А надо, чтобы они совпадали. Очевидно, это и будет на оптимальной границе разделения полномочий - в той самой «золотой середине». Пока же практически везде доходы поселенческих бюджетов не соответствуют потребностям местного самоуправления. Это-то, прежде всего, и ограничивает возможности муниципальных образований. К тому же у них нет навыков в привлечении бизнеса как для оказания населению необходимых социальных услуг, так и для модернизации коммунальной инфраструктуры. Не снимает остроту вопроса и финансовая помощь, оказываемая в различных формах из бюджетов вышестоящих уровней.

В рамках триады: обязанность, право, ответственность

Разумеется, разграничение полномочий между органами государственной власти и органами местного самоуправления должно осуществляться не для формы, а для повышения эффективности управления, критерием чему служит практика. Вместе с тем в Госдуму уже поступают предложения по расширению компетенции органов местного самоуправления и перечня вопросов местного значения. Некоторые из них содержались в законопроектах, вынесенных на обсуждение за «круглым столом».

Характеризуя законопроект о расширении полномочий органов местного самоуправления в организации сбора и переработки донорской крови, начальник отдела департамента развития медицинской помощи и курортного дела Минздравсоцразвития Николай Дергунов сообщил следующее. Отзывы компетентных органов на законопроект в основном отрицательные: предлагаемые меры либо нецелесообразны, либо даже опасны для большинства регионов. Если же, учитывая конкретные особенности регионов, муниципальные образования в состоянии повысить эффективность организации донорства, то субъекты Российской Федерации вправе наделить их необходимыми полномочиями в порядке, предусмотренном статьей 19 Федерального закона № 131, причем без внесения изменений в действующее законодательство.

К слову, спорность нынешней ситуации вызвана тем, что некоторое время назад был принят закон, по которому муниципальным образованиям запрещается заготавливать и хранить кровь. Шарахнулись в другую крайность! Существенно и то, что по удельному числу доноров страна скатилась на последнее место в Европе.

Еще одна острая проблема - обеспечение безопасности на дорогах. Недавно правительство утвердило Федеральную целевую программу по безопасности дорожного движения, которая рассчитана до 2012 года. Чтобы сократить количество погибших в результате транспортных аварий хотя бы в полтора раза, предстоит работать на всех уровнях. В то же самое время анализ законодательства показывает, что в компетенции органов местного самоуправления находятся лишь вопросы строительства и содержания автомобильных дорог общего пользования, мостов и иных транспортных, инженерных сооружений, организация освещения улиц и установка указателей и табличек с названиями улиц и номерами домов в населенных пунктах. Вот и все.

Такое положение свидетельствует, как считает заместитель начальника департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД России Александр Итимов, о существенных пробелах в данной сфере правового регулирования. И, конечно, не может не сказаться негативно на состоянии дел в данной сфере. Очевидно, органы местного самоуправления должны быть наделены конкретными полномочиями по обеспечению безопасности дорожного движения и, естественно, нести за это ответственность. «Поскольку, - подчеркнул А.Итимов, - существует совершенно четкая триада: обязанность, права и ответственность. Если мы обязанности не прописываем должным образом, то и говорить об ответственности тоже не приходится».

Итак, многим представляется чрезвычайно актуальным четкое и всестороннее разграничение предметов ведения между федеральными, региональными и местными уровнями управления, определение на уровне субъектов Российской Федерации и муниципальных образований однозначного круга соответствующих полномочий и государственных органов, и органов местного самоуправления. (В данном контексте это необходимо для предупреждения дорожно-транспортных происшествий и снижения тяжких последствий.) Но достижимо ли такое идеальное положение?

Несколько по-иному поставил вопрос представитель Тюменской области в Совете Федерации, президент Конгресса муниципальных образований России Степан Киричук. Всегда ли, по его мнению, целесообразно полномочия, которые описаны в отраслевых законах (по медицине, по образованию, по тому же дорожному движению), переносить в Закон «Об общих принципах организации местного самоуправления»? Ведь на то и поставлены во главу угла «общие принципы», чтобы не утонуть в деталях. В определенном смысле этот документ носит рамочный характер. А многие нюансы, между прочим, регулируются и отраслевыми законами, и соответствующими актами субъектов федерации. Там ведь тоже можно прописать ту часть полномочий, которую целесообразно реализовать, скажем, на уровне муниципального образования, учтя при этом, где действует поселение, где - район, где - городской округ и так далее.

И все следовало бы делать с учетом обратной тенденции - освобождением муниципальных образований от непрофильных сооружений, зданий, собственности и прочего. Эти встречные потоки целесообразно использовать для поиска разумного баланса полномочий. Есть, конечно, основные, принципиальные вещи, которые должны быть в общем законе, но частности там не нужны. «Думается, - сказал С.Киричук, - не правы те мэры и другие руководители, которые просто отказываются от каких-то дел, заявляя, что об этом, мол, не написано в Законе «О местном самоуправлении». И не будет написано! Но в отраслевом или региональном законе все будет учтено. И это надлежит делать».

Между тем депутат А.Сарычев заметил при этом, что муниципальные образования на самом деле не отказываются ни от какой работы, идущей на пользу населению. Напротив, они говорят, что готовы выполнять дополнительные полномочия. Но вот вопрос: будут ли новые финансовые ресурсы? Без средств - все заведомо бесперспективно. Комитет Госдумы по местному самоуправлению, в целом занимая такую же позицию, считает, что процесс предоставления каких-либо дополнительных полномочий муниципальным органам управления целесообразно проводить параллельно с предоставлением соответствующих расходных обязательств. Бюджеты муниципальных образований должны иметь реальное пополнение!

Все шараханья - не к добру!

Мэр города Ульяновска Сергей Ермаков обратил внимание на проект федерального закона, который предлагает внести изменения в статьи 75 и 16 закона № 131. Проект как раз предусматривает, что органы государственной власти субъектов федерации имеют право временно взять на себя полномочия органов местного самоуправления по следующим их положениям.

Организация в границах городского округа электро-, тепло-, газо- и водоснабжения населения, водоотведения и обеспечения населения топливом. Содержание и строительство автомобильных дорог общего пользования, мостов и транспортно-инженерных сооружений. Создание условий для предоставления транспортных услуг населению. Участие в предупреждении и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций в границах городского округа. Организация охраны общественного порядка на территории городского округа муниципальной милиции. Организация мероприятий по охране окружающей среды в границах городского округа. Создание условий для обеспечения жителей городского округа услугами связи, для библиотечного обслуживания населения, обеспечения жителей округа услугами культуры.

И самый главный, по словам С.Ермакова (а точнее - одиозный), пункт - организация сбора, вывоза, утилизации бытовых промышленных отходов. Далее - организация благоустройства и озеленение территорий городского округа. Перечень кажется бесконечным. Организация осуществления мероприятий по гражданской обороне и защите населения территории городского округа. Создание, содержание, организация деятельности аварийно-спасательных служб. Создание, развитие и обеспечение охраны лечебно-оздоровительных местностей и курортов на территории городского округа. Осуществление мероприятий по мобилизационной подготовке персонала предприятий и учреждений, находящихся на территории городского округа.

Иными словами, этот проект предусматривает временную передачу перечисленных функций органам государственной власти региона. И это не расходится с Конституцией. Но тогда у местных исполнительных органов не останется ничего - окажется, что даже улицы подметать нельзя, поскольку сбор и утилизация отходов тоже будут временно переданы. «Я хочу понять, для чего это нужно», - заявил С.Ермаков.

Что делать органам местного самоуправления, когда все это уйдет? Особенно когда произойдет передача организации тепло- и энергоснабжения, водоотведения, наладки канализации территории, и так далее. То есть практически все хозяйственные объекты и процессы, которые сегодня в ведении местных органов власти, уходят. И последним абсолютно нечего делать. Нужны ли они тогда?! Зачем, спрашивается, вообще нужно местное самоуправление, если его полностью упраздняют вышеозначенные дополнения в действующий закон?

С.Ермаков подготовил от имени администрации города Ульяновска отзыв на обсуждаемый проект, с которым соглашается и городская Дума. Вердикт таков: проект закона не может быть одобрен, если мы хотим, чтобы местное самоуправление развивалось и укреплялось. Хотя, по мнению ульяновцев, отдельные полномочия органов местного самоуправления, конечно же, могут временно осуществляться органами госвласти. К примеру, если это обусловлено стихийным бедствием, катастрофой или иной чрезвычайной ситуацией. Все остальное время бразды правления должны оставаться в руках у органов местной власти.

Разумеется, как заметил Степан Киричук, предлагаемый законопроект еще в работе. И поэтому стоит ли судить его столь строго, как это сделал мэр Ульяновска? Но ведь практиков уже сегодня волнует не столько конкретный документ, сколько выражаемая им негативная тенденция. А она, между прочим, входит в определенные противоречия и с уже действующими положениями 131-го закона, и с самой жизнью. По существу, налицо профанация самой идеи развития местного самоуправления.

Интересные данные по наделению органов местного самоуправления поселений полномочиями привела руководитель проекта из Института экономики города кандидат исторических наук Людмила Рагозина. В рамках мониторинга реформы местного самоуправления были проведены исследования и по региональному законодательству. Собственно говоря, в ходе анкетного опроса в городах, городских поселениях, городских округах выяснялось мнение различных слоев населения по поводу разворачивающейся реформы местного самоуправления.

Так вот, 46 субъектов Российской Федерации из 88, которые приняли специальные законы, вообще разделились на три группы. Тех, кто в соответствии с 14-й статьей Федерального закона № 131 полностью передал бы поселениям необходимые полномочия, - всего 13. Таких, кто передал бы, но достаточно жестко централизовал бы полномочия поселений на уровне районов, оказалось 11. В то же время 22 субъекта федерации наделили органы местного самоуправления и поселения полномочиями по решению вопросов местного значения, используя более-менее гибкую схему.

Но, по словам Л.Рагозиной, несмотря на очевидные различия в приведенных схемах прослеживаются и общие тенденции. И первая из них объясняется тем, что жесткая централизация как раз проходит по ресурсным направлениям: по вопросам бюджета и землепользования, владения собственностью, землей. Все это чаще всего остается на уровне районов, и меньше всего передается поселениям.

Впрочем, эти тенденции проявляются не только в схемах - они уже адаптированы в жизни. Большинство поселений передают свои полномочия наверх. На местах еще даже не разобрались в ситуации, а уже было сказано: «У вас денег нет и не будет - значит, вы должны передавать все на уровень района: так вопросы будут решаться лучше». И вот здесь-то кроется серьезная проблема. Как оказалось, передавая ряд «хлебных» вопросов на уровень районов, поселения фактически отказались от тех услуг, которые они хотели получать. Потому что те деньги (даже маленькие), которые от них теперь переходят району, направляются на оказание межпоселенческих услуг. Это, например, объекты культуры, спорта, те же ДЮСШ. А ведь сами сельчане мечтали о другом… Так с кем же еще тебе, деревенька моя, разделить свои полномочия?

Справедливый раздел имущества или сдача позиций сильному?

Раздел имущества, как заметила мэр города Костромы кандидат философских наук Ирина Переверзева, - это всегда процесс болезненный, хоть между супругами или между родителями и детьми. То же самое происходит сейчас между субъектом федерации и муниципальными образованиями. Не секрет, что все муниципалитеты должны избавиться от непрофильных активов к 2009 году. Каким образом? Их надлежит либо перепрофилировать, либо продать, либо передать на уровень субъекта федерации.

Когда все это начиналось, думалось, что вот сейчас пойдет обмен имуществом: субъект поделится своим, муниципалитет - своим. На деле же это не что иное, как просто передача муниципального имущества на более высокие уровни. Будь то уровень субъекта федерации, будь то уровень всей федерации.

- Нам, - сказала И.Переверзева, - за два года никто ничего не передал, даже самого маленького подвальчика. А мы априори признаны неэффективным собственником. Потому что, если от имущества собственник избавляется - значит, он с ним не справляется. В то же самое время общеизвестно, что налоговых поступлений, закрепленных за муниципальными бюджетами, явно не хватает на исполнение уже переданных полномочий. Что уж тогда говорить о том, как передаются дополнительные?

Вот, например, как, по словам оратора, передается содержание транзитных улиц. Когда они были на балансе области, это стоило 40 миллионов рублей. Когда же данную функцию передали городу, в местном бюджете осталось 17 миллионов. Что называется - почувствуйте разницу!

Если вернуться к вопросу собственности, теперь понятно, что все более значимыми становятся неналоговые поступления, по крайней мере, в Костроме. И сейчас, когда город изо всех сил старается вывести свое имущество на нормальный доходный уровень, встает дилемма: что с ним делать? Да, 3-4 здания можно как-нибудь передать местным компаниям по управлению имуществом, закрепить их за какими-то муниципальными унитарными предприятиями. Но это капля в море. Знать бы еще, что городу это имущество никогда впредь не потребуется… Да, сейчас у города нет денег на его содержание. Но, может быть, они будут через 5-10 лет? «Почему же так сразу, априори, нас вообще хотят лишить возможности иметь неналоговые поступления, с одной стороны, а также иметь городское имущество, что называется, «на черный день», с другой?» - спрашивает И.Переверзева.

Ответ, однако, прост. Раньше еще велись какие-то переговоры между субъектом и муниципалитетом. Сейчас же, с принятием закона, провинциальные города только получают требования: одно, второе, третье, четвертое. А ведь в провинциальных центрах все настолько переплетено, что не поймешь, где субъект, где муниципалитет? Например, в Костроме никогда не было возможности построить профильную больницу. Поэтому создавались профильные отделения. Здесь одна детская больница. И там одно профильное отделение. Как их делить? Область требует всю больницу. Так, понятно, проще. Начинаются переговоры: это всякий раз напряжение и отвлечение сил, уход от нормальной жизни.

И еще одна возмутительная для костромичей ситуация. Среди непрофильных активов самое высокодоходное предприятие - муниципальный центральный рынок. За счет него, собственно говоря, собирается наибольшая часть налогов. Сейчас получается, что от рынка надо избавляться. Торговля - это как бы уже не дело городской власти. «Почему?- задается вопросом И.Переверзева. - Почему рынок должен стать акционерным обществом, если он и так прекрасно существует - в виде муниципального унитарного предприятия? Вот эти вещи мне непонятны!» Доходным-то предприятиям не следовало бы мешать!

У каждой проблемы - свой «овраг»

Очередная проблема. Когда мы говорим вообще о сбалансированности бюджетов, то сразу же почему-то неналоговые поступления из бюджетов муниципальных образований убираем. А ведь они уже сейчас в Костроме приближаются к 20 процентам, в будущем, возможно, будут еще больше. Ведь в городе только начали разворачивать новую систему работы, лишь сейчас ввели, к примеру, дифференцированную оплату за помещение… Администрация молодая - ей бы и карты в руки. Но нет!

Много вопросов возникает вокруг разграничения земли, по дележу недвижимости, стоящей на этой земле… Образно говоря, чиновники порой блуждают в трех соснах, или домах-развалюхах, принадлежащих: муниципалитету, областной администрации, федеральному центру. Поэтому, как считает И.Переверзева, если нас действительно интересует подготовка площадок, нормальное развитие аукционной практики, то нужно с этим разбираться очень серьезно. И не на муниципальном уровне, а прежде всего - в центре.

Конечно, механизм разграничения полномочий существует. Но справедлив ли он? Судите сами: субъект может отказать муниципалам в передаче дополнительных полномочий, а последние отказаться от «подарка» не имеют права. С другой стороны, когда субъект передает свои былые полномочия, он делает это, как правило, уже «почистив» инфраструктуру.

Еще пример - о социальной защите населения. Сколько бы мэры ни говорили, что не надо «убирать» ее на уровень субъекта федерации (потому что здесь все очень сильно переплетено: медицина и соцзащита, соцзащита и культура - один конгломерат), все равно это произошло. Что же дальше? Сокращение работников, увеличение обслуживаемого пространства, снижение заработной платы и надбавок, которые прежде платил муниципалитет. Сейчас уже говорят о том, что надо сокращать инфраструктуру. Очевидно, через два-три года, когда все придет в упадок, эти функции однозначно вернут муниципалитетам.

В областном центре возникли новые большие проблемы с детскими домами. Раньше костромских детей оставляли на своей территории, поближе к их родной деревеньке, чтобы не разрывались социальные связи, не рушился полностью привычный мкроклимат. Сейчас, как только ответственность перешла на уровень субъектов федерации, немедленно последовало закрытие и расформирование детских домов, находящихся в дальних районах. Как говорится, «пошла писать губерния».

К сожалению, это как раз то, что называется «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Оврагов очень много - хотелось бы, чтобы их было меньше. Таковы пожелания участников «круглого стола». И общий вывод, говоря словами Людмилы Рагозиной, в том, что при разграничении полномочий действительно страдают именно поселения. От них, от городских округов государству передается лучшая собственность, то есть нормально функционирующие объекты. В то же время если федеральные структуры или субъекты федерации передают что-то поселениям или городским округам, это, как правило, объекты, требующие капитального ремонта, под которые уже необходимы огромные материальные вложения. Это, например, разрушенные дома, поврежденные коллекторы и т.д. Отсюда и общий тон выступлений участников дискуссии: непонимание, неодобрение, возмущение.

«Мне непонятно, почему областная администрация требует у города Костромы детскую больницу, ведь такая больница относится к первичной медико-санитарной помощи», - заметила советник департамента развития медпомощи и курортного дела Минздравсоцразвития России Ирина Слепушенко. Действительно, непонятно, почему, ведь пока еще муниципалитеты отвечают за организацию первичной медико-санитарной и скорой медицинской помощи.

Из писем, которые поступают в министерство, можно сделать вывод, что нынешние руководители муниципалитетов и органы управления здравоохранением на местах должны прежде всего элементарно посчитать, сколько же людей находится на территории, каким образом они прикреплены к лечебным учреждениям, оказывающим первичную медико-санитарную помощь. Иначе создается впечатление, что оптимизация сети, то есть пересмотр зон, обслуживаемых лечебными учреждениями, началась лишь сейчас, когда люди пошли жаловаться, что не могут получить деньги по социальным льготам из-за неукомплектованности участков, отсутствия нормальной сети обслуживания и т.д.

Конечно, как говорили участники дискуссии, в защиту муниципалов играет эффект перевернутой пирамиды. То обстоятельство, что власти сначала объявили о денежных средствах на врача, а следом, через месяц или квартал, стали готовить нормативные документы с разъяснениями, кто входит в круг «осчастливленных», кто имеет право получать и так далее, и так далее. Если бы эта подготовительная работа была проведена заранее, то, наверное, многих вопросов не было бы вовсе. Потому что обслуживание на всех уровнях муниципальных образований находится в прямой зависимости от численности населения, от расстояния до места жительства людей и так далее. То есть неопределенность ситуации породила ее несправедливость.

Где заседать: в органах самоуправления или в судах?

Проект закона, о котором говорил мэр Ульяновска, оставляет открытым вопрос о судебном разбирательстве, возможности обращения мэров и представительных органов власти в суд. Так считает, например, выступивший на «круглом столе» заместитель начальника отдела государственного строительства аналитического управления аппарата Совета Федерации Александр Дементьев. И если говорить откровенно, то правительство уже давно должно было внести соответствующие поправки в действующие законы, что позволяло бы органам местного самоуправления реализовать право на судебную защиту. На самом деле сейчас этот процесс совершенно не регламентирован. До сих пор практически не существует определенной процедуры рассмотрения таких дел. И с ними поступают, как придется.

Далеки от полноценного завершения и многие другие вопросы. Например, это касается утверждения границ муниципальных образований. Изменения в Земельном кодексе не отвечают интересам муниципальных образований. А.Дементьев не находит ничего лучше, как обратиться в прокуратуру с целью пересмотра отдельных положений федерального закона. На это оратора натолкнул, в частности, попавшийся ему на глаза документ: «Постановление главы сельской администрации городского округа». Что за чушь? Оказывается, это - не ошибка чиновника, а результат действия тех законов, которые приняты в одном из субъектов Российской Федерации. Они позволили формулировать такой правовой акт. Словом, по мнению выступавшего, есть вопрос для прокурорского надзора.

Кстати, главный редактор газеты «Местное самоуправление» Людмила Шапиро рассказала о просьбе калужан к законодателям - уменьшить творческий пыл. Госдума, на их взгляд, принимает немыслимое количество поправок к 131-му федеральному закону, которые, к тому же, должны вступать в действие немедленно. Муниципалитеты не успевают проводить их в жизнь, так как сначала обязаны «утвердить» через публичные слушания свои уставы, приведенные в соответствие с новыми законами. А прокуратура, в свою очередь, на следующий же день после вступления закона в силу подает соответствующий протест. Мало того, уже начали тащить «виноватых» в суд. Спрашивается, кому нужен столь стремительный процесс законотворчества?

Любопытно, что на этот перегиб есть другой - полностью ему противоположный. Вопрос упирается в неготовность к реформам самого населения. Так, судя по выступлению представителя Независимого правового исследовательского центра общественной структуры Владимира Федотова, если в Калужской области прокуратура тащит кого-то в суд за то, что публичные слушания не проводят, то в Тверской - все наоборот. Здесь и слушания не проводятся, и прокуратура расценивает это одобрительно. Более того, и суды первой инстанции, и кассационные суды занимают ту же позицию.

Чем же заканчивается эта «игра в одну дуду»? Люди проводят сходы - и эти сходы считаются публичными слушаниями. И возникает колоссальнейшая проблема - проблема неадекватности действий. Она и в том, что отсутствуют методическая помощь, поддержка правоохранительных органов. Ибо единственным светочем, источником знаний в этих условиях становится прокурор. Кроме того, он все объединяет. Но если позиция прокурора такова, как, скажем, в Тверской области, то о какой реформе вообще можно говорить?

Вопросы правомочности, практичности, полезности общественных слушаний волнуют многих. Один конкретный пример. «За последний год у нас нет ни одного положительного результата общественных слушаний по строительству», - сообщила И.Переверзева. Почему? Все говорят, что нет жилья - давайте строить! Жители жалуются на свое ветхое жилье. Но как только рядом с ними появляются строители, они сразу же заявляют, что, мол, строить лучше где-нибудь в другом месте - только не здесь! И получается совершенно парадоксальная ситуация. Что с ней делать?

В ряде других выступлений нашла подтверждение мысль, что документы, которые принимают на общественных слушаниях, - это попросту профанация идеи. Потому что в них почти ничего не обусловлено, не оговорено. Более того, власть элементарно подгоняет эти документы под себя. Положения об общественных слушаниях разрабатываются таким образом, что население, по существу, не в состоянии ни организовать их, ни принять в них участие. Например, в положении могут записать так: чтобы провести общественные слушания, надо собрать подписи 3 процентов жителей населенного пункта. Но после этого совет депутатов на своем заседании вправе отклонить вопрос о проведении слушаний или решить его по-своему. Случается, и не в интересах населения. Иногда вообще все это сводится к нулю: скажем, когда администрация назначает для встречи такое время, которое населению не подходит, например, в разгар рабочего дня. Естественно, приходят только те, кого администрация пригласила сама.

В расчете на местную инициативу

Особый вопрос, тоже поднятый на встрече, - по территориальному общественному самоуправлению. Это очень большая проблема. Если говорить об отдельных сельских поселениях, где территориальное общественное самоуправление в условиях дефицита бюджета и т.д. может играть серьезную роль. А люди, между тем, не в состоянии зарегистрировать ТОСы даже через суды. Учитывая, что в действие вступил новый закон о некоммерческих организациях, регистрация затормозилась, никто не знает, как это нужно делать.

Некоторые муниципальные образования, районы, округа сознательно затягивают принятие собственных положений, потому что, например, не всем мэрам нравится существование независимых ТОСов. И в итоге активные люди, желающие работать, вкладывать свои личные ресурсы в конкретное дело, не могут его начать. Очевидно, нужно каким-то образом - либо через разъяснение, либо, скажем, через модельные законы и положения для городов - эти вопросы отрегулировать. Иначе пропадает огромный интеллектуальный и деловой ресурс страны - генерация активных людей.

Один из общих выводов «круглого стола» состоит в том, что нельзя рассчитывать на всеобъемлющий охват федеральным законом огромного пласта проблем местного, муниципального, поселенческого, городского значения. Вместе с тем бесспорно, что на сегодняшний день не хватает нормативных актов, которые бы в полной мере описывали возможности демократичного, лояльного по отношению к населению применения многих полномочий. Но это означает лишь одно: работать следует именно на уровне законодателей регионов и на уровне местных советов, муниципальных собраний. Причем надо очень много работать самостоятельно.

Несомненно, нужны дополнительные нормативные акты и яркие образцы их применения. Хотя, если смотреть на вещи шире, то ведь уже сейчас многое можно почерпнуть в том же Интернете. Открываете любую область, любой раздел - анализируйте передовую практику, перенимайте то, что вам подходит, привносите свою инициативу. Ведь местное самоуправление - это живой процесс, который не должен останавливаться. Приблизительно такой вывод делали многие участники встречи. Как на местах поработаем, так и получим! «А то ведь можно и господу Богу жаловаться, но ничего не изменится, если сами не будем к лучшему стремиться», - заметил, между тем, депутат А.Сарычев.

В реальной жизни всегда останется свободное поле для проявления местными руководителями своей мудрости, гибкости, инициативы. К примеру, они вправе исполнять отдельные государственные полномочия даже в тех случаях, когда не наделены ими федеральным законом как обязательными функциями. Но если тем же законом такая возможность предусмотрена, почему бы им не действовать в соответствии со своим правом и ресурсами?

Отрадно, что по общему настроению участников «круглого стола» чувствовалось, что не устраивающий никого ход реформы лишь закаляет их духовно, они готовы к новым боям. Готовы защищать интересы каждого муниципального образования, блюсти интересы субъектов федерации - чтобы последовательно решать задачи, определенные законодательством и самой жизнью. Чтобы и вся провинция, и (в том числе) деревенька моя деревянная дальняя жили не хуже иных самодостаточных городов.