Вы не авторизованы...
Вход на сайт
Сегодня 14 ноября 2018 года, среда , 14:05:43 мск
Общество друзей милосердия
Опечатка?Выделите текст мышью и нажмите Ctrl+Enter
 
Контакты Телефон редакции:
+7(495)640-9617

E-mail: nr@oilru.com
 
Сегодня сервер OilRu.com - это более 1279.47 Мб информации:

  • 541074 новостей
  • 5112 статей в 168 выпусках журнала НЕФТЬ РОССИИ
  • 1143 статей в 53 выпусках журнала OIL of RUSSIA
  • 1346 статей в 45 выпусках журнала СОЦИАЛЬНОЕ ПАРТНЕРСТВО
Ресурсы
 

Буровых дел генерал

№ 7, ИЮЛЬ 2005
ЛЮДИ РОССИЙСКОЙ НЕФТИ

 
Александр МАТВЕЙЧУК,
кандидат исторических наук, действительный член РАЕН

Так звали современники основоположника отечественной школы машинного бурения горного инженера Геннадия Романовского

Исполнилось 175 лет со дня рождения горного инженера, профессора, тайного советника Геннадия Даниловича Романовского. В плеяде выдающихся представителей российского горного дела он занимает особое место как специалист, внесший весомый вклад в разведку российских нефтяных месторождений и становление машинного бурения. К его большим заслугам перед отечественной промышленностью следует отнести и пророческую оценку большого нефтяного будущего Тимано-Печорского и Урало-Поволжского районов.

В золотой колыбели Урала

Геннадий Романовский родился 30 (18) июля 1830 г. в семье доктора Миасского завода и золотых промыслов, входивших в систему Златоустского горного округа. Его детство прошло среди удивительной, разнообразной по рельефу природы Южного Урала. В первой трети XIX века Миасс был типичным небольшим горнозаводским поселком, сформировавшимся в 1773 г., с основанием медеплавильного завода.

Однако важной особенностью поселка было выгодное географическое положение. Находясь на восточном склоне Южного Урала, у подножья Ильменских гор, на реке Миасс, он лежал на трактовой дороге из Уфы в Челябинск, Троицк, Оренбург. Кроме того, отсюда шел «вольный» путь на Екатеринбург и Шадринск.

Утверждение в 1824 г. императором Александром I Указа «О правилах для распространения открытий и умножения разработки золотых песков» значительно активизировало процесс поисковых и старательных работ на золото на Урале. И вскоре в районе Миасского завода были открыты значительные золотоносные залежи, ставшие одним из самых главных мест отечественной золотодобычи. Именно здесь в 1842 г. был найден один из крупнейших в мире золотых самородков «Большой треугольник» весом 2 пуда 7 фунтов и 92 золотника (около 36 кг). По этому случаю руководитель Златоустского горного округа, известный инженер-металлург, создатель русского булата Павел Аносов подал начальнику Уральских горных заводов генералу Глинке рапорт следующего содержания: «Сей самородок найден мастером Миасского завода Никифором Сюткиным, которому на основании 1773 ст. VII тома Сводов законов причитается в награду по 15 копеек за золотник - 1266 рублей 60 копеек серебром; но как подобной величины самородка до сего времени встречаемо не было, то я обязанностью себе поставил испросить на выдачу причитающейся ему награды разрешения Вашего Превосходительства».

Вскоре этот золотой самородок Гена Романовский, к тому времени уже облаченный в форму кадета, увидел в Горном музее Института Корпуса горных инженеров в Санкт-Петербурге.

Постигая горное искусство

В середине лета 1842 г. из Златоуста в направлении Санкт-Петербурга вышел обоз с золотом, в составе которого находилась повозка с Геной Романовским и еще несколькими двенадцатилетними мальчиками из семей служащих горного ведомства, которым и предстояло предстать перед приемной комиссией подготовительного класса Института Корпуса горных инженеров.

Это первое в России высшее техническое учебное заведение, основанное 21 октября 1773 г. по Указу императрицы Екатерины II, было зримым воплощением идеи великого преобразователя Петра I о подготовке национальных инженерных кадров для развития горнозаводского дела.

Обучение в институте осуществлялось в течение девяти лет на подготовительном и горном отделениях. Воспитанники первых пяти классов назывались кадетами, двух следующих - кондукторами, а двух высших - офицерами, соответственно имевшими звания прапорщиков и подпоручиков.

Для поступавших в первый кадетский класс требовалось умение свободно читать и писать по-русски, а также на одном из иностранных языков (французском или немецком) и знание действий арифметики. Эти приемные испытания Гена Романовский успешно выдержал и с того дня для него пошел отсчет первого петербургского периода жизни.

В курс обучения в институте входили основные предметы гимназического образования: арифметика, алгебра, геометрия, физика, химия, французский, немецкий и латинский языки, а также и специальные, горнозаводские: маркшейдерское дело, минералогия, металлургия, механика. Всего, кроме занятий искусством, воспитанники изучали 25 предметов. Много времени отводилось практическим занятиям. Во дворе института находился «примерный» рудник с подземными ходами и выработками. Мастерские были оборудованы плавильными печами и «рудопромышленными» верстаками.

Гордостью института был Горный музей, его коллекция постоянно пополнялась новыми уральскими и сибирскими минералами, редкими самородками золота. Среди образцов было немало изделий и полуфабрикатов металлургического производства.

По уровню подготовки специалистов Институт приравнивался к университету как учебное заведение, которое «по важности и обширности преподаваемых в нем наук и знаний есть одно из первейших в государстве».

Главнозаведующим института в тот период был герцог Максимилиан Лейхтенбергский (1817-1852), зять императора Николая I, один из образованных и талантливых людей того времени, президент Академии художеств. Однако все повседневное руководство учебным заведением находилось в руках начальника штаба Корпуса горных инженеров, генерала Константина Чевкина (1802-1875).

Профессорско-преподавательский состав института в тот период представлял собой цвет отечественной горной науки. Инспектором по классам института был известный геолог Григорий Гельсермен (1803-1885), создатель первой геологической карты европейской части России, лауреат Демидовской премии (1841). Курс палеонтологии вел известный ученый-эволюционист Эдуард Эйхвальд (1795-1876). Лекции по геологии читал известный ученый в области минералогии и кристаллографии Николай Кошкаров (1818-1892), автор оригинального учебника «Лекции минералогии». Кафедрой химии руководил академик Герман Гесс (1802-1850), один из первых исследователей российской нефти. Курс теоретической и аналитической химии читал его ученик, горный инженер Назарий Иванов (1801-1863), впоследствии автор «Учебника аналитической химии», лауреат Демидовской премии (1856).

Учился Геннадий с большой охотой. Это стремление поддерживали и его однокурсники: Николай Кулибин (1830-1903), впоследствии, в 1882-1891 гг., возглавлявший Горный департамент, Павел Еремеев (1830-1899), избранный академиком в 1894 г., автор оригинального курса кристаллографии и минералогии, Георгий Тиме (1831-1910), ставший известным ученым в области «горной геометрии», профессором Горного института.

Однако наибольший интерес у Геннадия Романовского вызывали курсы горной механики и горного искусства, которые с блеском читал капитан Корпуса горных инженеров Петр Олышев (1817-1896). По его совету буквально от «корки до корки» проштудировал Геннадий книгу горного инженера Алексея Узатиса (1814-1875) «Курс горного искусства», первую отечественную энциклопедическую работу по горному делу, которая была удостоена в 1844 г. Демидовской премии. Особое внимание он уделил изучению обширного раздела «Земляное бурение», в котором были обстоятельно изложены основы ударного штангового, канатного, а также вращательного бурения, технология крепления скважин при помощи обсадных труб, техника бурения горизонтальных и наклонных скважин. Это все во многом и предопределило выбор дальнейшей научной и производственной специализации горного инженера Романовского.

Подмосковный дебют поручика Романовского

В 1851 г. Геннадий Романовский окончил Институт Корпуса горных инженеров, шестым по списку, но вместо ожидаемого направления на родной Урал получил назначение по «дальнейшему прохождению службы» в Подмосковный регион.

Так случилось, что его увлечение бурением было замечено руководством Горного департамента и совпало с необходимостью активизировать в Центральной России работы по созданию систем устойчивого снабжения губернских и уездных городов питьевой водой.

В этих целях в течение двух лет (1851-1853) поручик Романовский проводит геологические исследования в Тульской, Рязанской, Калужской и Московской губерниях. В 1853 г. он успешно руководил бурением артезианской скважины в Серпухове.

Результаты этих работ были опубликованы в «Горном журнале» в статье «Общий геогностический обзор почвы в Московском, Серпуховском и Подольском уездах» (1856). Вслед за этим в «Трудах Минералогического общества» он напечатал «Геогностический обзор южной части Рязанской губернии» (1855-1856) с приложением карты.

Умелое руководство бурением скважины на воду в районе Трехгорной мануфактуры в Москве выдвинуло Геннадия Романовского в ряды новаторов в области горного дела. Прежде всего, он обратил внимание на существенные недостатки конструкции долот, покупаемых за границей. После кратковременного употребления они затуплялись, и для их восстановления приходилось производить дорогостоящую наварку сталью. Горный инженер Романовский нашел достаточно простое и эффективное решение, предложив впервые в России оригинальную конструкцию долота с вставными лезвиями. В статье в № 4 «Горного журнала» за 1862 г. «О некоторых способах и инструментах, употребляемых при бурении шахт и скважин большого диаметра» он подчеркнул: «Видя, с одной стороны, непрочность и дороговизну, а с другой - переделку беспрестанно портившихся буровых долот, я придумал простое средство дешево и скоро поправлять иступившиеся лезвия, заменяя их не наварочными к целой массе долота, но отдельными, прикладными, которые оказались на практике весьма удобными и экономичными… Было пройдено ими несколько очень твердых и кремнистых слоев, причем никогда не случалось, чтобы прикладное лезвие ослабло, покривилось или отпало от долота».

Еще одной новинкой при осуществлении этой проходки стало усовершенствование способа тампонажа буровых скважин. Использование изобретенного им цементировочного желоночного устройства позволило надежно обеспечить закрепление цементом стенки скважины.

Еще одним примером его новаторского подхода стало бурение в 1859 г. машинным способом первой в России скважины вблизи села Ерино возле Подольска (Московская губерния). Здесь для проходки твердых пород ударно-штанговым способом он впервые применил паровой двигатель. Достаточно быстро его пример нашел широкое распространение в России, и Романовского по праву стали считать основателем отечественной школы механического бурения.

Успешная работа в Подмосковном регионе получила признание в российском инженерном и научном сообществе, и его избрали членом Императорского минералогического общества.

В свою очередь, руководство Горного департамента отметило результаты деятельности поручика Романовского представлением к награждению орденом Св. Станислава 3-й степени и очередному воинскому званию.

Впервые на Волге

В начале 1863 г. Геннадий Романовский получил ответственное поручение - приступить к поисковым работам в Поволжье. Вот как об этом повествуют строки архивного документа: «По журналу ученого комитета от 23 января сего года капитану Романовскому поручено в нынешнее лето приступить к буровым работам для разведки на каменный уголь на Самарской Луке по Волге, в близком расстоянии от местностей, в которых известно нахождение горной смолы и нефти. А потому ученый комитет положил поручить капитану Романовскому произвести предварительные геологические исследования с тем, чтобы он донес, не сочтет ли нужным приступить к разведочным работам для поисков этих веществ и представил их для химического исследования».

В «Горном журнале» за 1864 г. опубликована его статья «Нефть, асфальт и горючие сланцы волжских берегов», где были отмечены основные результаты его экспедиции и сделан следующий вывод: «В заключение следует коснуться вопроса: есть ли возможность открыть благонадежные источники нефти и богатые залежи асфальта и серы и какие средства могут для этого служить? Во-первых, следовало бы произвести подробное (специальное) геогностическое исследование берегов Волги, примерно от Казани до Вольска, и в одном или двух пунктах, где обильнее окажутся истоки нефти, заложить буровые скважины. Что касается до глубины скважин, то это будет зависеть от проекта, по которому они будут заложены, то есть захотят ли этими разведками по возможности приблизится к первоначальным источникам нефти или только образовать в слоях свободный и прямой выход нефтяной жидкости на поверхность».

Важной вехой его инженерной биографии стало бурение артезианской скважины в 1864 г. в Санкт-Петербурге. В статье «О подъеме бурового снаряда из Петербургской скважины» в «Горном журнале» (1864) капитан Романовский подробно описывает ход работ и призывает к необходимости критического пересмотра технологии изготовления буровых деревянных штанг по методу французского инженера Кинда.

В статье «О замене шурфования золотоносных россыпей буровыми скважинами («Горный журнал», часть 2 за 1864 г.) он выступает активным пропагандистом развития новых методов и передовой техники бурения в России.

Неудивительно, что после всего этого выбор директора Горного департамента Владимира Рашета по кандидатуре сотрудника для ответственной командировки за границу был сделан в его пользу.

В Старом и Новом Свете

В 1865 г. «по Высочайшему повелению» Геннадий Романовский первым из русских специалистов был направлен в десятимесячную командировку за границу, в том числе и для «изучения геологического характера месторождений нефти, способов их разведки и добычи».

Для него далекий путь в Северо-Американские Соединенные Штаты вначале пролег через ведущие державы Старого Света - Францию и Великобританию.

В тот период французские инженеры по праву считались самыми авторитетными специалистами в бурении. Здесь раньше всех была создана конструкция балансира, использование которого обеспечило переход от бурения с использованием мускульной энергии к машинному бурению с применением энергии пара. Идея сбрасывать соединенное со штангами долото привела к появлению свободно падающего бурового инструмента («фрейфала»), изобретенного инженерами Киндом и Фабианом. В 1845 г. французский инженер Фавелл применил принцип циркуляции жидкости во внутренней полости трубы с выносом шлама через затрубное пространство для повышения эффективности ударно-штангового бурения. Новаторское предложение изобретателя Рудольфа Лешота положило начало алмазному колонковому бурению.

Горный инженер Романовский во время своего пребывания во Франции тщательно собрал все имевшиеся сведения по технике и технологии бурения, стараясь не упустить даже мелочей. Впоследствии это ему во многом помогло при работе над новым буровым инструментом.

Кроме того, в Париже по поручению директора Горного департамента он встретился с французским изобретателем Раулем Дестремом, который ранее направил императору Александру брошюру с описанием изобретенного им «бурового снаряда» для проходки подземных горных выработок и предложением использовать его в России. В действительности оказалось, что французским инженерам это изобретение неизвестно, так самого «бурового снаряда» не существовало в природе. Подполковник Романовский писал в своем отчете: «По рассмотрению бывшего со мной рисунка этого снаряда все уверяли меня, что способ Дестрема нигде не употребляется, положительно не может быть употреблен в породах не только твердых, но даже средней плотности… В этом невыгодном для г. Дестрема мнении я, к сожалению, вскоре убедился лично».

Ознакомление с постановкой бурового дела в Великобритании не добавило чего-либо нового к знаниям Геннадия Романовского. Однако он отметил в качестве положительного примера деятельность в этой стране Геологической службы, созданной еще в 1835 г. и сумевшей за три десятилетия внести неоценимый вклад в развитие горной промышленности.

Финальной стадией зарубежной командировки подполковника Романовского стало пребывание в Северной Америке, на нефтяных месторождениях Пенсильвании. Здесь он зримо увидел результаты, достигнутые отраслью, развивавшейся в условиях экономической свободы и здоровой конкуренции. В 1864 г. в США было добыто 2 млн 497,7 тыс. баррелей нефти и темпы нефтедобычи неуклонно нарастали. В том же году в Россию было экспортировано 347 тыс. галлонов керосина, которым освещались улицы Санкт-Петербурга.

В 1865 г. в США была построена первая «трубная линия» (нефтепровод) длиной 5 миль и диаметром трубы 2 дюйма. В эксплуатации было 194 нефтеперегонных завода, которые произвели 28 млн галлонов нефтепродуктов.

Горный инженер Романовский отметил французское влияние на американскую технику и технологию бурения, что было видно в патентах на установку для ручного вращательного бурения артезианских скважин и комплект буровых инструментов, полученных американцем Леви Дизброу.

Результаты своей командировки Геннадий Романовский подробно изложил в отчете «О горном масле вообще и североамериканском петроле в особенности с описанием геологических условий его нахождения, способов добычи и очищения» («Горный журнал», №№ 2, 3 за 1866 г.) и «Рапорт Горному департаменту подполковника Романовского о буровых работах в Европе и об осветительных материалах». На основе глубокого анализа он описал состояние нефтяного дела в США, обозначил перспективы и направления дальнейшего развития геологии нефти и совершенствования буровой техники, дал некоторые практические рекомендации для отечественных специалистов.

Вновь на волжских берегах

После зарубежной командировки в связи с расформированием Корпуса горных инженеров подполковник Романовский был переаттестован, получив гражданский чин надворного советника.

Знакомство с опытом европейского и американского инженерного дела дало ему новый творческий импульс. Обдумав практику применения для бурения скважин свободнопадающих инструментов конструкции зарубежных изобретателей Кинда, Фабиана, Матера, он выявил основной недостаток - невозможность их использования при канатном бурении. После чего началась напряженная работа, увенчавшаяся созданием оригинальной конструкции нового свободно падающего бурового инструмента - «самопада», устранившего недостатки зарубежных аналогов.

О своем изобретении он рассказал в статье «Самоповоротный свободно падающий буровой инструмент» в «Горном журнале» (№ 3 за 1866 г.): «… было бы чрезвычайно полезно употреблять в работу свободнопадающие инструменты не на штангах, но на канате, и именно на плоском проволочном канате, так как при заменении этих последних штанг нет надобности устраивать высокие буровые здания (башни) и некоторые тяжелые механизмы. …Этот инструмент удовлетворяет всем вышеупомянутым условиям самоповоротного свободнопадающего снаряда, которым возможно будет бурить широкие и глубокие скважины как на канате, так и на штангах. Следовательно, этот снаряд соединяет в себе те преимущества, которых недоставало инструментам Кинда, Фабиана и Матера».

Однако внедрение в практику бурения «самопада Романовского» было отложено. Был получен приказ директора Горного департамента о повторной командировке в Поволжье. Предстояло завершить работы, начатые в 1863 г. В статье «О самарских нефтяных источниках, каменноугольной почве Стерлитамакского уезда и о некоторых новых открытиях в северо-восточной части Оренбургского края» в «Горном журнале» (часть 3 за 1868 г.) Геннадий Романовский писал: «Мною были произведены геологические изыскания от города Самары по направлению к городу Бугуруслану, причем я осмотрел также многие местности, лежащие к югу от реки Кинель». Дав геологические описания «более замечательных местностей, где находится горное масло», он подчеркнул: «Я вполне уверен, что в Самарской губернии под пермскими песчаниками непременно заключаются бассейны жидкой нефти или горного масла и углеродные газы». Для руководства Горного департамента он предложил программу разведочных работ на последующий период: «Наиболее благоприятными пунктами Самарской губернии, где следует начать разведку на нефть, можно считать: 1) долину правового берега реки Шешмы в версте к северу от деревни Сарабикулово; 2) окрестности селения Камышлы по правому берегу реки Сока; 3) долину реки Камышлы, где находятся нефтяные песчаники, между деревнями Старой и Новой Семенкиной и 4) правый берег реки Байтуган, в двух верстах к югу от деревни Ярилкиной».

Таким образом, он первым в России сделал прогноз о перспективности на нефть Волго-Уральской провинции, получившей в 30-е годы ХХ века звучное название «Второе Баку».

На Кубани и в Крыму

Деятельность горного инженера Романовского в 1867-1871 гг. была связана с изучением Крыма и Кубани. В «Геологическом очерке Таврической губернии» (1867), опубликованном в «Горном журнале» в 1867 г. и статье «О нуммулитовом ярусе Крымских гор», помещенной в «Записках Минералогического общества» в 1868 г., он раскрывает ряд особенностей геологии Крымского полуострова.

Летом 1868 г. по приглашению гвардии полковника Ардалиона Новосильцева Геннадий Романовский посетил его промысел на реке Кудако, где в феврале 1866 г. был получен первый российский нефтяной фонтан. Впечатления об этом посещении были отражены в статье «Кавказская нефть как будущий источник значительного государственного дохода» в «Горном журнале» (№ 5 за 1869 г.). Он был уверен, что исходя из дебита уже имевшихся скважин бурение еще 100 дополнительных скважин позволит добывать в год до 36 млн пудов нефти. В преддверии большой нефти он обратил внимание руководства Кубанской области на необходимости подготовки квалифицированных кадров из местного населения.

В 1870 г. статский советник Романовский вторично посетил кубанские промыслы уже как член «Комиссии для подробного изучения на месте настоящего положения предприятия гвардии полковника А.Н.Новосильцева по разработке нефтяных источников на законтрактованных им для сего в 1863 г. в Кубанской области землях».

В его отчете была дана исчерпывающаяся картина состояния нефтяных промыслов Новосильцева и обозначены основные причины кризисного положения предприятия. Воздавая должное пионеру нефтяного дела Кубани, он подчеркнул: «Говоря о начале развития и учреждения нефтяного дела в Кубанской области, нельзя не указать на заслуги полковника Новосильцева, опередившего своей энергией многих». Но в то же время здесь следовало ясное указание на то, что для дальнейшего развития нефтяного дела на Кубани назрела необходимость уничтожения откупа: «Прежде всего, необходимо по возможности немедленное уничтожение существующих монополий и самая широкая свобода…» и тогда Россия, «бесспорно, выступит на первый план как богатейшая страна по отношению к нефти».

В 1870 г. Романовский получил очередное ответственное поручение - спроектировать и создать систему водоснабжения для летнего императорского дворца в Ливадии. В этой местности геологические условия оказались достаточно сложными и при бурении артезианской скважины возникло немало проблем. В статье «Извлечение из рапорта о ходе работ на скважине в с. Айбары» в «Горном журнале» (№ 5 за 1871 г.) он писал: «В своей практике по бурению я еще никогда не встречал так много затруднений от горных пород, как при проходке настоящей скважины, в которой, с другой стороны, до сих пор не было ни одной поломки инструментов и штанг». Несмотря на постоянно возникавшие производственные трудности скважина была успешно закончена 1 марта 1871 г. и передана в эксплуатацию. В знак признания заслуг Романовского Александр II пожаловал ему брильянтовый перстень с императорским вензелем, что тогда являлось одной из самых высоких наград.

Четыре туркестанских года

В 1871 г. статский советник Геннадий Романовский получил предложение от директора Санкт-Петербургского горного института академика Григория Гельмерсена приступить к преподаванию курса горного искусства. Это явилось закономерным итогом многолетней плодотворной деятельности и признанием его авторитета в российском научном сообществе. Лекции профессора Романовского охватывали чрезвычайно широкий круг вопросов - от особенностей заложения скважин до технологических режимов бурения и применяемого инструмента. Все свои выводы он неизменно подкреплял многочисленными примерами из собственной практики. Свой большой инженерный опыт он обобщил в книге «Очерк главнейших технических усовершенствований в рудничном деле» (1873).

Однако после трех лет педагогической деятельности Геннадий Романовский принимает неожиданное для своего ближайшего окружения решение - отправиться для «практических занятий» в Туркестанский край.

В последней трети XIX века продвижение России к границам Кокандского ханства, соединение вблизи Чимкента Сибирской и Оренбургской линий казачьих укреплений, взятие отрядом генерала Черняева Ташкента (1865), образование Туркестанской области в составе Российской империи (1867), а чуть позднее - Туркестанского генерал-губернаторства коренным образом изменили геополитическую обстановку в Средне-Азиатском регионе.

Туркестан, пробуждаясь от многовековой феодальной спячки, стал центром повышенного интереса не только военных и дипломатов, но и предпринимателей, людей разных сословий и званий. Неизученный край привлек внимание и лучших представителей российской науки.

В начале 1874 г. по приглашению генерал-губернатора Головачева статский советник Романовский приехал в Ташкент. В должности чиновника особых поручений по горной части состоял горный инженер Константин Гилев (1833-1882), исследователь таманских и апшеронских нефтяных месторождений. Его помощником оказался губернский секретарь Иван Мушкетов (1850-1902), выпускник Горного института 1872 г. На их поддержку и помощь рассчитывал в своей работе Геннадий Романовский - и его ожидания полностью оправдались. В их лице он нашел не только надежных товарищей, но и бескорыстных подвижников, служивших высоким идеалам геологической науки. Вместе они сумели создать первую геологическую карту этого региона, бывшего ранее сплошным «белым пятном».

Итоги четырехлетней работы Романовского, изложенные в капитальном сочинении «Материалы для геологии Туркестанского края» (в 3-х частях), а также статьях «Ферганский ярус меловой почвы», «О новом роде Spiriter из горного известняка», упрочили палеонтологическую основу для познания геологического строения Туркестана и прояснили целый ряд практических вопросов, касавшихся горизонтов залегания различных полезных ископаемых, и вошли славной страницей в историю отечественной геологии.

В 1881 г. за геологические исследования Туркестанского края горный инженер Геннадий Романовский был удостоен высшей награды Императорского русского географического общества - Константиновской медали.

Любящий правду, благочестие, верность…

С 1879 г., после возвращения из четырехлетней Туркестанской экспедиции, профессор Романовский возобновил чтение курса горного искусства. Вскоре его избирают членом Горного ученого комитета.

Наряду с академиками Г.Гельмерсеном, профессорами В.Ерофеевым, А.Иностранцевым, А.Карпинским, И.Мушкетовым, В.Меллером он был включен в состав Русской подкомиссии по унификации геологических изображений.

20 апреля 1880 г. в институт пришло известие, что император Александр II «об отлично-усердной службе и особых трудах соизволил пожаловать чином действительного статского советника» профессора Романовского.

В генеральском звании Геннадий Романовский отправился в командировку в Екатеринославскую губернию, на обширной территории которой ускоренными темпами создавался южный горно-металлургический район Российской империи.

С того времени и до последних дней изучение разнообразных проблем рудных и каменноугольных месторождений стало главным делом его жизни. Об этом, в частности, свидетельствуют его статьи в «Горном журнале»: «О характере месторождения железных руд западной части Донецкого бассейна» (1882), «Замечания о рудных месторождениях южной части Таганрогского округа» (1895), а также книги: «Курс горного искусства» (1890), «О теоретических и практических выводах относительно обрушений почвы над подземными выработками пластовых местностей» (1900), «О буровых и врубовых машинах, применяемых для горных выработок» (1901)».

В 1884 г. в знак признания заслуг перед отечественной геологией профессора Романовского избирают почетным членом Императорского минералогического общества.

В начале 1894 г. император Александр III пожаловал его чином тайного советника, соответствовавшим званию генерал-лейтенанта. А 2 апреля 1895 г. он был награжден орденом Св. Анны 1-й степени, таким образом став полным кавалеров одного из самых значимых орденов Российской империи, девизом которого было «Любящим Правду, Благочестие, Верность».

Летом 1901 г. в Санкт-Петербурге широко праздновалось 50-летие деятельности в горном деле тайного советника Геннадия Романовского. В «Горном журнале» была помещена статья об этом событии и особо выделены слова юбиляра о его заветной мечте - «производстве разведок глубоким бурением на нефть в бассейне реки Ухты, Архангельской губернии и в Ферганской долине, где источники нефти могут оказаться столь же обильными, как и на Кавказе».

24 декабря 1902 г. министр земледелия и государственных имуществ Алексей Ермолов утвердил положение о премии профессора Горного института, тайного советника Г.Д.Романовского «за лучшую работу по геологии, горному мастерству и минералогии». Достаточно быстро эта премия получила признание в инженерном сообществе и стала одной из престижных наград для российских горных инженеров.

До последних дней Геннадий Романовский активно работал, своим примером вновь и вновь опровергая утверждения скептиков о возрастном пределе творческих возможностей человека. Однако весной 1906 г., когда его пригласили для консультаций на одну из шахт, в забое с ним произошел несчастный случай. 18 (5) мая 1906 г. после тяжелой болезни он ушел из жизни и был похоронен на «горном» участке Смоленского православного кладбища в Санкт-Петербурге.

Впоследствии горный инженер Николай Версилов дал емкую характеристику этому выдающемуся деятелю отечественного горного дела: «Геннадий Данилович был в свое время единственным в России специалистом по бурению и образовал около себя, можно сказать, школу по этому предмету. В этой школе побывали многие инженеры, показавшие себя впоследствии полезными деятелями как по бурению, так и на других поприщах горной службы… Труды его по бурению и другим отраслям горного дела сделали его популярным…»

В свою очередь, основоположник науки о нефти академик АН СССР Иван Губкин, отмечая его заслуги в нефтяной геологии Урало-Поволжского региона, писал: «Романовский первый высказал предположение о том, что перечисленные выше внешние нефтепроявления связаны с нефтяными месторождениями, залегающими на большей или меньшей глубине».

Без сомнения, своей многолетней плодотворной деятельностью горный инженер Геннадий Романовский заслужил почетное право занять достойное место в когорте пионеров российской нефтяной промышленности.





 Все статьи номера
 Архив журнала

 
Анонсы
Реплика: Страшный сон правящих элит-13
Выставки:
Новости

 Все новости за сегодня
 Все новости за 01.07.05
 Архив новостей

 Поиск:
  

 

 
Рейтинг@Mail.ru   


© 1998 — 2018, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-51544
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 2 ноября 2012 г.
Все вопросы по функционированию сайта вы можете задать вебмастеру
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (http://www.oilru.com/) обязательна.
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются на портале oilru.com, может не совпадать с мнением редакции.
Время генерации страницы: 0 сек.
Добро пожаловать на информационно-аналитический портал "Нефть России".
 
Для того, чтобы воспользоваться услугами портала, необходимо авторизоваться или пройти несложную процедуру регистрации. Если вы забыли свой пароль - создайте новый.
 
АВТОРИЗАЦИЯ
 
Введите Ваш логин:

 
Введите Ваш пароль: