Здравствуйте, !
Сегодня 19 сентября 2019 года, четверг , 10:04:08 мск
Общество друзей милосердия
Опечатка?Выделите текст мышью и нажмите Ctrl+Enter
 
Контакты Телефон редакции:
+7(495)640-9617

E-mail: welcome@oilru.com
 
Сегодня сервер OilRu.com - это более 1277,18 Мб информации:

  • 539899 новостей
  • 5112 статей в 168 выпусках журнала НЕФТЬ РОССИИ
  • 1143 статей в 53 выпусках журнала OIL of RUSSIA
  • 1346 статей в 45 выпусках журнала СОЦИАЛЬНОЕ ПАРТНЕРСТВО
Ресурсы
 
Rambler's Top100
Я принимаю Яндекс.Деньги

Новости oilru.com


 
Энергобезопасность

Энергетическое самоубийство: зачем Прибалтике собственные электростанции?

Размер шрифта: 1 2 3 4    

«Нефть России», 15.09.15, Москва, 10:46    Чего ждать от скандинаво-прибалтийской электроэнергетической интеграции
 
В конце 2015 года прибалтийские государства сделают очередной практический и весьма значимый шаг в сторону, противоположную России. На этот раз по направлению к Скандинавии навстречу "энергетической независимости" от "третьих стран", как дипломатично нас именуют в официальных прибалтийских документах.
 
В декабре 2015 года завершится прокладка стратегического электросоединения между Литвой и Швецией - 450-километрового кабеля NordBalt мощностью 700 МВт по дну Балтийского моря. Интеграция Прибалтики в единый общеевропейский энергорынок является конечной целью масштабной разносторонней программы BEMIP (Baltic Energy Market Interconnection Plan). Он предусматривает не только электрическую интеграцию вокруг Балтийского моря ("NordBalt", соединение Литва-Польша "LitPol", модернизацию системы передачи энергии между странами Прибалтики), но и газовые "смычки" (интерконнекторы Польша-Литва, Финляндия-Эстония и Литва-Латвия, а также СПГ-терминал в Клайпеде).
 
Документ был подписан в 2009 году Швецией, Финляндией, Германией, Данией, Польшей, Латвией, Литвой и Эстонией. Его реализация стала возможна после того, как рынки электроэнергии европейских стран стали полностью открыты (последней это сделала Эстония в 2010 году), а необходима - когда Прибалтика с выведением из эксплуатации Игналинской АЭС (второй блок в 2009 году) из электрически самодостаточного региона превратилась в крайне энергодефицитный. Открытый рынок предусматривает запрет монополии на технологическую цепочку производство - транспортировка-сбыт электроэнергии, ценообразование на основе баланса спроса и предложения, а также возможность самим потребителям выбирать поставщика. Либерализация рынков позволила Литве, Латвии и Эстонии присоединиться к скандинавской бирже электроэнергииNord Pool Spot, а также продвинуться в решении вопроса синхронизации прибалтийских энергосистем с европейским стандартом ENTSO-E.
 
"Если мы хотим идти в ногу с Северными странами и Западной Европой, быть открытыми для конкуренции, смотреть в сторону открытого мира, то мы должны пустить на свой рынок и других. Другими словами: связав себя с Западом и открыв себя Западу, мы получим взамен честный рынок и возможность выбора", - объяснял в свое время эстонским потребителям Андо Леппиман, вице-канцлер министерства экономики и коммуникаций по вопросам энергетики Эстонии (1).
 
Между чем же будет выбирать Прибалтика после того, как полностью интегрируется в скандинавский рынок, и, главное, что выберет и кого пустит?
 
Объединенный энергорынок Скандинавии был окончательно сформирован к 2000 году с интеграцией в него Дании. Таким образом, слаженный механизм функционирует уже 15 лет, национальные энергосистемы каждой из скандинавских стран выгодно дополняют друг друга. Лидером по производству электроэнергии является Швеция. В 2014 году она произвела ее в количестве 151 млрд Квт·ч (2). Основу шведской электроэнергетики формируют гидро - и атомная энергетика. Около 42% электричества, вырабатываемого в стране, производят ГЭС, в Швеции их относительно крупных (более 1.5 МВт) около 700 штук. Примерно такой же объем электроэнергии (41%) генерируют три АЭС - Оскархамн, Форсмарк и наиболее крупная Рингхальс. Общая мощность 10 шведских реакторов составляет 9325 МВт. 10 лет назад эта цифра была и того больше - в 2005-м вывели из эксплуатации АЭС Барсбек. Немаловажным преимуществом Швеции в атомной энергетике является наличия в стране урановых руд. Доля ветрогенераторов в производстве электроэнергии составляет 8%, ТЭС - 7% и 2% это элекроэнергия с теплостанций, работающих на органическом топливе. Потребление же электроэнергии в 2014 году побило рекорд: оно стало рекордно низким за последние 29 лет - 135 млрд Квт·ч. Во-многом, нынешнее снижение можно было объяснить теплой зимой, но ведь снижение потребления зафиксировано не только в секторе домовладений, но и в промышленности. В таких условиях не удивительно, что страна наращивает экспорт и сокращает импорт электроэнергии - за 10 лет поставки за рубеж возросли более чем на 90%, а из-за рубежа в страну сократились на 40%.
 
Следующей по объемам производства электроэнергии следует Норвегия. Однако, в отличие от Швеции тут структура куда менее разнообразная. 96% электроэнергии королевства вырабатывается, разумеется, гидроэлектростанциями, а остальное теплоэлектростанциями на природном топливе и ветряками. Таким образом генерируется в общей сложности 142 млрд Квт·ч, а потребляется 125.
 
Третьим китом единого скандинавского рынка является Финляндия. В отличие от двух предыдущих стран собственных мощностей для обеспечения экономики стране недостаточно. В 2015 году Финляндия выработала 65 млрд Квт·ч, тогда как промышленности, домовладениям и сфере услуг потребовалось более 83 млрд Квт·ч (3). Таким образом, почти пятую часть требуемого электричества (22%) - а это 18 млрд Квт·ч - пришлось импортировать - главным образом, из Швеции и гораздо меньше из России. Любопытно, что при собственном недостатке 3 млрд Квт·ч Финляндия экспортировала в Эстонию по подводному кабелям Estlink 1 и 2. При этом любопытно, как свидетельствует статистика за 2014 год, эстонское электричество проверку конкурентоспособностью, на которую рассчитывали местные власти, не выдержало - в Финляндию оно не поступало (4). В предидущие годы Эстония поставляла электроэнергию в Финляндию, но весьма незначительное количество.
 
Генерация собственных мощностей Финляндии по разнообразию способов и источников напоминает шведскую. В основном, это ГЭС, ТЭС, большая часть которых работает на древесных отходах, угле, природном газе, а также АЭС, доля которых наиболее значительна (35%). В Финляндии две атомных электростанции - это 4 реактора общей мощностью 2570 МВт. Росатом к 2024 году построит в Финляндии третью АЭС - Пюхяйоки (Ханхикиви) - с одним реактором мощностью в половину уже имеющихся - 1200 МВт. Кроме того, в 2018 году планируется запустить "французский долгострой" - третий блок на АЭС Олкилуото мощностью 1600 МВт.
 
А теперь - несколько слов о том, к каким выводам подталкивает такое положение дел.
 
Во-первых, создание единого европейского, внутренне связанного рынка электроэнергии вокруг Балтийского моря, с точки зрения Прибалтики, слишком ассиметрично. Два региона, которые соединили Estlink и NordBalt, несоизмеримы по масштабу и мощности своих энергорынков. Интеграция прибалтийского рынка в уже сформированный скандинавский на первых порах (а не исключено, что и впредь) предопределяет роли каждого из регионов. Скандинавия - поставщик, Прибалтика - покупатель. Расширение рынков сбыта, а следовательно, рост спроса играет на руку производителям. Однако неотлаженная система рождает пока и парадоксы: когда экспортирующей стороне свой же товар оказывается дороже, нежели импортеру.
 
Потребление электроэнергии в Швеции последние десятилетия сокращается. В Дании, к примеру, в 2014 году оно достигло 42-летнего минимума. Ситуация крайне любопытная: с 1980-го года ВВП страны увеличился на 80%, при том что, условно говоря, количество электроэнергии, необходимой для производства уже 180% ВВП - с тех пор не изменилось. Тенденция к повышению энергоэффективности производства - отличительная черта скандинавских стран (а внедрение энергоэффективных технологий всюду по планете - национальный бизнес). И это при том, что мощности для выработки электроэнергии остаются те же, и чем больше они работают, тем меньше издержки, тем больше дохода приносят. Поэтому логично предположить, что расширение рынков - то, в чем скандинавская электроэнергетика как отрасль экономики очень заинтересована.
 
Во-вторых. Программные документы ЕС, регламентирующие объединение скандинавского и прибалтийского рынка, синхронизацию систем, дабы избавить последних от пагубного влияния "третьих стран" никак не оговаривают, до какой степени это влияние должно быть ограничено. Иными словами: насколько крепки "северные узы" и помогут ли соображения экономической выгоды развивать энергосотрудничество с Россией? С технической точки зрения, разные параметры работы электросетей Европы и России/СНГ этому никак не способствуют. Равно как и миллиарды евро, вложенные ЕС (да и самими странами), в две ветки Estlink, NordBalt и LitPol, если смотреть с точки зрения логики.
 
В-третьих, можно с уверенностью констатировать, что электрокабель NordBalt стал могильной плитой на проекте Висагинской АЭС. Интегрируясь в единый рынок, Литва потеряла последнюю возможность возродиться в качестве государства, энергетически избыточного, снабжающего регион дешевой электроэнергией. В перспективе две ветки NordBalt, как предусмотрено в документации ЕС (5), суммарной мощностью примерно в один атомный реактор, обеспечат страну электроэнергией в такой степени, в которой ей необходимо для удовлетворения собственных потребностей, но недостаточно, чтобы сполна снабжать соседей.
 
В-четвертых. Создание единого рынка, выстроенного на основе конкуренции, предусматривает единые правила и условия для всех игроков. А это значит, что и экологические требования ко всем игрокам должны быть одинаковые. Скандинавские страны - это последние, с кем бы хотелось тягаться по части экологического сознания. Мало того, что доля альтернативных источников в производстве электроэнергии уже достигла впечатляющего уровня, так экологическая и энергетическая политика Дании, Исландии, Норвегии, Швеции, Финляндии нацелена на ее увеличение. В соседней же с Финляндией Эстонии большая часть энергии на электростанциях вырабатывается на местных горючих сланцах, что еще более низкоэкологично, нежели угольная генерация, сворачиваемая в Европе. Альтернативные зеленые технологии требуют колоссальных вложений (что уже чувствуют потребители: пятая часть счета эстонца за электричество - это налог на возобновляемую электроэнергию). Прибалтика, к сожалению, не располагает ни датскими ветрами, ни норвежскими гидроресурсами, ни финскими отходами лесной промышленности для работы ТЭС. Поэтому в альтернативной энергетике решение придется искать свое собственное.
 
На основе всего вышесказанного возникает вопрос: а нужна ли еще Прибалтике собственная энергетика? Чего точно не будут скандинавы делать с соседями - так это церемониться. Бизнес есть бизнес. Клайпедский СПГ-терминал (на который Норвегия поставляет газ по цене выше российской) лучшая тому иллюстрация.
 
Прибалтийские страны провозгласили курс на рассинхронизацию с электросетями России и СНГ и переход в европейскую систему ENTSO-E. Окончательный срок, когда это должно произойти - 2025 год. Готовы ли страны к этому переходу, насколько просчитан экономический эффект от такого перехода? Насколько станет дороже электроэнергия для конечного потребителя? На все эти вопросы пока нет внятных ответов. Впрочем, - это проблемы прибалтийских стран, а не России. Наша задача - найти решение, которое позволит Калининградской области не стать энергетическим островом и обеспечить энергией Калининградскую промышленность в достаточных объемах. А атомная это будет энергетика или какая другая - не так важно.
 
Владиславна Бондина
 
***
 
(1) Открытие рынка электроэнергии 2013. Издание министерства экономики и коммуникаций и Elering. Ноябрь, 2012.
 
(2) Entso-e: Monthly Statistics 2014
 
(3) Вся статистика по электроэнергетики Финляндии - Statistics Finland. Energy in Finland 2015
 
(4) Нарвская газета. Estlink-2 запущен в эксплуатацию
 
(5) Baltic Energy Market Interconnection Plan - 6th progress report - July 2013 - August 2014
Подробнее читайте на http://www.oilru.com/news/478469/

Дарига Назарбаева уходит в правительство. Астана приступила к модернизации политической системыБюджет Ирана свёрстан при цене 42 доллара за баррель. Опек прогнозирует снижение добычи нефти в России в 2016 году
Просмотров: 717
    подписаться на новости
    распечатать
    добавить в «Избранное»
Код для вставки в блог или на сайт 0

Ссылки по теме


 
Анонсы
Реплика: Великая миссия «Фейсбука»
Выставки:
Новости
Сентябрь 2015
пн вт ср чт пт сб вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30

 

 Все новости за сегодня
 Архив новостей

 Поиск:
  

 

 
Рейтинг@Mail.ru   


© 1998 — 2019, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-51544
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 2 ноября 2012 г.
Все вопросы по функционированию сайта вы можете задать вебмастеру
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (http://www.oilru.com/) обязательна.
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются на портале oilru.com, может не совпадать с мнением редакции.
Время генерации страницы: 0 сек.

Энергетическое самоубийство: зачем Прибалтике собственные электростанции?

«Нефть России», 15.09.15, Москва, 10:46   Чего ждать от скандинаво-прибалтийской электроэнергетической интеграции
 
В конце 2015 года прибалтийские государства сделают очередной практический и весьма значимый шаг в сторону, противоположную России. На этот раз по направлению к Скандинавии навстречу "энергетической независимости" от "третьих стран", как дипломатично нас именуют в официальных прибалтийских документах.
 
В декабре 2015 года завершится прокладка стратегического электросоединения между Литвой и Швецией - 450-километрового кабеля NordBalt мощностью 700 МВт по дну Балтийского моря. Интеграция Прибалтики в единый общеевропейский энергорынок является конечной целью масштабной разносторонней программы BEMIP (Baltic Energy Market Interconnection Plan). Он предусматривает не только электрическую интеграцию вокруг Балтийского моря ("NordBalt", соединение Литва-Польша "LitPol", модернизацию системы передачи энергии между странами Прибалтики), но и газовые "смычки" (интерконнекторы Польша-Литва, Финляндия-Эстония и Литва-Латвия, а также СПГ-терминал в Клайпеде).
 
Документ был подписан в 2009 году Швецией, Финляндией, Германией, Данией, Польшей, Латвией, Литвой и Эстонией. Его реализация стала возможна после того, как рынки электроэнергии европейских стран стали полностью открыты (последней это сделала Эстония в 2010 году), а необходима - когда Прибалтика с выведением из эксплуатации Игналинской АЭС (второй блок в 2009 году) из электрически самодостаточного региона превратилась в крайне энергодефицитный. Открытый рынок предусматривает запрет монополии на технологическую цепочку производство - транспортировка-сбыт электроэнергии, ценообразование на основе баланса спроса и предложения, а также возможность самим потребителям выбирать поставщика. Либерализация рынков позволила Литве, Латвии и Эстонии присоединиться к скандинавской бирже электроэнергииNord Pool Spot, а также продвинуться в решении вопроса синхронизации прибалтийских энергосистем с европейским стандартом ENTSO-E.
 
"Если мы хотим идти в ногу с Северными странами и Западной Европой, быть открытыми для конкуренции, смотреть в сторону открытого мира, то мы должны пустить на свой рынок и других. Другими словами: связав себя с Западом и открыв себя Западу, мы получим взамен честный рынок и возможность выбора", - объяснял в свое время эстонским потребителям Андо Леппиман, вице-канцлер министерства экономики и коммуникаций по вопросам энергетики Эстонии (1).
 
Между чем же будет выбирать Прибалтика после того, как полностью интегрируется в скандинавский рынок, и, главное, что выберет и кого пустит?
 
Объединенный энергорынок Скандинавии был окончательно сформирован к 2000 году с интеграцией в него Дании. Таким образом, слаженный механизм функционирует уже 15 лет, национальные энергосистемы каждой из скандинавских стран выгодно дополняют друг друга. Лидером по производству электроэнергии является Швеция. В 2014 году она произвела ее в количестве 151 млрд Квт·ч (2). Основу шведской электроэнергетики формируют гидро - и атомная энергетика. Около 42% электричества, вырабатываемого в стране, производят ГЭС, в Швеции их относительно крупных (более 1.5 МВт) около 700 штук. Примерно такой же объем электроэнергии (41%) генерируют три АЭС - Оскархамн, Форсмарк и наиболее крупная Рингхальс. Общая мощность 10 шведских реакторов составляет 9325 МВт. 10 лет назад эта цифра была и того больше - в 2005-м вывели из эксплуатации АЭС Барсбек. Немаловажным преимуществом Швеции в атомной энергетике является наличия в стране урановых руд. Доля ветрогенераторов в производстве электроэнергии составляет 8%, ТЭС - 7% и 2% это элекроэнергия с теплостанций, работающих на органическом топливе. Потребление же электроэнергии в 2014 году побило рекорд: оно стало рекордно низким за последние 29 лет - 135 млрд Квт·ч. Во-многом, нынешнее снижение можно было объяснить теплой зимой, но ведь снижение потребления зафиксировано не только в секторе домовладений, но и в промышленности. В таких условиях не удивительно, что страна наращивает экспорт и сокращает импорт электроэнергии - за 10 лет поставки за рубеж возросли более чем на 90%, а из-за рубежа в страну сократились на 40%.
 
Следующей по объемам производства электроэнергии следует Норвегия. Однако, в отличие от Швеции тут структура куда менее разнообразная. 96% электроэнергии королевства вырабатывается, разумеется, гидроэлектростанциями, а остальное теплоэлектростанциями на природном топливе и ветряками. Таким образом генерируется в общей сложности 142 млрд Квт·ч, а потребляется 125.
 
Третьим китом единого скандинавского рынка является Финляндия. В отличие от двух предыдущих стран собственных мощностей для обеспечения экономики стране недостаточно. В 2015 году Финляндия выработала 65 млрд Квт·ч, тогда как промышленности, домовладениям и сфере услуг потребовалось более 83 млрд Квт·ч (3). Таким образом, почти пятую часть требуемого электричества (22%) - а это 18 млрд Квт·ч - пришлось импортировать - главным образом, из Швеции и гораздо меньше из России. Любопытно, что при собственном недостатке 3 млрд Квт·ч Финляндия экспортировала в Эстонию по подводному кабелям Estlink 1 и 2. При этом любопытно, как свидетельствует статистика за 2014 год, эстонское электричество проверку конкурентоспособностью, на которую рассчитывали местные власти, не выдержало - в Финляндию оно не поступало (4). В предидущие годы Эстония поставляла электроэнергию в Финляндию, но весьма незначительное количество.
 
Генерация собственных мощностей Финляндии по разнообразию способов и источников напоминает шведскую. В основном, это ГЭС, ТЭС, большая часть которых работает на древесных отходах, угле, природном газе, а также АЭС, доля которых наиболее значительна (35%). В Финляндии две атомных электростанции - это 4 реактора общей мощностью 2570 МВт. Росатом к 2024 году построит в Финляндии третью АЭС - Пюхяйоки (Ханхикиви) - с одним реактором мощностью в половину уже имеющихся - 1200 МВт. Кроме того, в 2018 году планируется запустить "французский долгострой" - третий блок на АЭС Олкилуото мощностью 1600 МВт.
 
А теперь - несколько слов о том, к каким выводам подталкивает такое положение дел.
 
Во-первых, создание единого европейского, внутренне связанного рынка электроэнергии вокруг Балтийского моря, с точки зрения Прибалтики, слишком ассиметрично. Два региона, которые соединили Estlink и NordBalt, несоизмеримы по масштабу и мощности своих энергорынков. Интеграция прибалтийского рынка в уже сформированный скандинавский на первых порах (а не исключено, что и впредь) предопределяет роли каждого из регионов. Скандинавия - поставщик, Прибалтика - покупатель. Расширение рынков сбыта, а следовательно, рост спроса играет на руку производителям. Однако неотлаженная система рождает пока и парадоксы: когда экспортирующей стороне свой же товар оказывается дороже, нежели импортеру.
 
Потребление электроэнергии в Швеции последние десятилетия сокращается. В Дании, к примеру, в 2014 году оно достигло 42-летнего минимума. Ситуация крайне любопытная: с 1980-го года ВВП страны увеличился на 80%, при том что, условно говоря, количество электроэнергии, необходимой для производства уже 180% ВВП - с тех пор не изменилось. Тенденция к повышению энергоэффективности производства - отличительная черта скандинавских стран (а внедрение энергоэффективных технологий всюду по планете - национальный бизнес). И это при том, что мощности для выработки электроэнергии остаются те же, и чем больше они работают, тем меньше издержки, тем больше дохода приносят. Поэтому логично предположить, что расширение рынков - то, в чем скандинавская электроэнергетика как отрасль экономики очень заинтересована.
 
Во-вторых. Программные документы ЕС, регламентирующие объединение скандинавского и прибалтийского рынка, синхронизацию систем, дабы избавить последних от пагубного влияния "третьих стран" никак не оговаривают, до какой степени это влияние должно быть ограничено. Иными словами: насколько крепки "северные узы" и помогут ли соображения экономической выгоды развивать энергосотрудничество с Россией? С технической точки зрения, разные параметры работы электросетей Европы и России/СНГ этому никак не способствуют. Равно как и миллиарды евро, вложенные ЕС (да и самими странами), в две ветки Estlink, NordBalt и LitPol, если смотреть с точки зрения логики.
 
В-третьих, можно с уверенностью констатировать, что электрокабель NordBalt стал могильной плитой на проекте Висагинской АЭС. Интегрируясь в единый рынок, Литва потеряла последнюю возможность возродиться в качестве государства, энергетически избыточного, снабжающего регион дешевой электроэнергией. В перспективе две ветки NordBalt, как предусмотрено в документации ЕС (5), суммарной мощностью примерно в один атомный реактор, обеспечат страну электроэнергией в такой степени, в которой ей необходимо для удовлетворения собственных потребностей, но недостаточно, чтобы сполна снабжать соседей.
 
В-четвертых. Создание единого рынка, выстроенного на основе конкуренции, предусматривает единые правила и условия для всех игроков. А это значит, что и экологические требования ко всем игрокам должны быть одинаковые. Скандинавские страны - это последние, с кем бы хотелось тягаться по части экологического сознания. Мало того, что доля альтернативных источников в производстве электроэнергии уже достигла впечатляющего уровня, так экологическая и энергетическая политика Дании, Исландии, Норвегии, Швеции, Финляндии нацелена на ее увеличение. В соседней же с Финляндией Эстонии большая часть энергии на электростанциях вырабатывается на местных горючих сланцах, что еще более низкоэкологично, нежели угольная генерация, сворачиваемая в Европе. Альтернативные зеленые технологии требуют колоссальных вложений (что уже чувствуют потребители: пятая часть счета эстонца за электричество - это налог на возобновляемую электроэнергию). Прибалтика, к сожалению, не располагает ни датскими ветрами, ни норвежскими гидроресурсами, ни финскими отходами лесной промышленности для работы ТЭС. Поэтому в альтернативной энергетике решение придется искать свое собственное.
 
На основе всего вышесказанного возникает вопрос: а нужна ли еще Прибалтике собственная энергетика? Чего точно не будут скандинавы делать с соседями - так это церемониться. Бизнес есть бизнес. Клайпедский СПГ-терминал (на который Норвегия поставляет газ по цене выше российской) лучшая тому иллюстрация.
 
Прибалтийские страны провозгласили курс на рассинхронизацию с электросетями России и СНГ и переход в европейскую систему ENTSO-E. Окончательный срок, когда это должно произойти - 2025 год. Готовы ли страны к этому переходу, насколько просчитан экономический эффект от такого перехода? Насколько станет дороже электроэнергия для конечного потребителя? На все эти вопросы пока нет внятных ответов. Впрочем, - это проблемы прибалтийских стран, а не России. Наша задача - найти решение, которое позволит Калининградской области не стать энергетическим островом и обеспечить энергией Калининградскую промышленность в достаточных объемах. А атомная это будет энергетика или какая другая - не так важно.
 
Владиславна Бондина
 
***
 
(1) Открытие рынка электроэнергии 2013. Издание министерства экономики и коммуникаций и Elering. Ноябрь, 2012.
 
(2) Entso-e: Monthly Statistics 2014
 
(3) Вся статистика по электроэнергетики Финляндии - Statistics Finland. Energy in Finland 2015
 
(4) Нарвская газета. Estlink-2 запущен в эксплуатацию
 
(5) Baltic Energy Market Interconnection Plan - 6th progress report - July 2013 - August 2014

 



© 1998 — 2019, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-33815
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 24 октября 2008 г.
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (http://www.oilru.com/) обязательна.
Июль 2019
пн вт ср чт пт сб вс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
Август 2019
пн вт ср чт пт сб вс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
Сентябрь 2019
пн вт ср чт пт сб вс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930